Аналитика

Советник главы ДНР о секретном пункте Минска-2: "Застрелитесь!"

Собственно, это секрет полишинеля, последовательное выполнение минских соглашений неизбежно уничтожает киевскую Хунту. Впрочем, его реализация ставит крест и на существовании Луганской и Донецкой Республик - им больше не с кем будет воевать и не от кого защищаться. Впрочем, до этого еще не один год.

Советник Захарченко говорит: "бремя выправления ситуации и спасения, по большому счёту, подчёркиваю, народа украинского, ляжет на братьев".

Беда политолога и советника в том, что он не макроэкономист и не политэконом. Бремя, понятие эмоционально-политологическое. Долженствующее показать благодетеля. На самом деле процесс будет идти в обе стороны. Будет и помощь, и разминирование, и помощь детям. Но будут и миллиарды долларов инвестиций на территории бывшей Украины. Которые вернутся доходами с высокой нормой прибыли, благодаря низкой оплате труда и преференций местной власти, какой бы она ни была. Именно за высокой ставкой доходности устремятся на руины Украины акулы российского капитала. "Бремя" - это из времен СССР. Сегодня в России "кэпитализм". Что до "украинского народа", то об этом в конце интервью.

https://i.ytimg.com/vi/2hr5XrRl8SM/maxresdefault.jpg

Но, в отличие от меня, Александр Казаков, являясь советником Захарченко и москоским политологом, обязан соблюдать некоторую политкорректность, диктуемую его должностью. Вот как он изложил официальную точку зрения в интервью Политнавигатору (полное видео в конце):

... Валентин Филиппов: Александр, сейчас все говорят, что надо как-то дистанцироваться от Украины. Все говорят: «Та пусть они там сами переварятся, пусть одумаются, пусть поймут». Так говорят в Российской Федерации. Так говорят иногда даже на Донбассе, подчёркивая, что области надо забрать. Вот Запад перестал деньги давать. Вместе с тем вокруг Украины с трёх сторон границы России. С четырёх даже, если Приднестровье считать. Никаких естественных преград нет. В конце концов, это язва на нашем теле.

Александр Казаков: Да и границ-то нет, по существу.

Валентин Филиппов: Кому на плечи всё-таки ляжет эта беда, которая происходит? Вот эта нищета, разгул преступности. Кому придётся с этим всем справляться?                       

Александр Казаков: Ну, как кому? Тому, кого касается непосредственно. Соединённых Штатов не коснётся. Европейцев – да. При любом исходе. А бремя выправления ситуации и спасения, по большому счёту, подчёркиваю, народа украинского, ляжет на братьев (*). Как иначе?

 

В вашем вопросе, в том, что «пусть она там сама разбирается», здесь надо разделять эмоциональный подход и рациональный.  Эмоционально – да. Всем хочется шторку задвинуть, и не видеть этого всего, потому что устали. Люди эмоционально устали за эти почти три года. Три года этого беснования на той стороне. Эмоционально понятно. Но должна быть определённая часть людей, которые к этому вопросу подходят рационально. Это касается и государственных деятелей, и политиков, и военных. И в этой связи я такое сравнение уже приводил: если на лестничной площадке в соседней квартире разлагается непонятно что, то вы можете сколько угодно говорить, что вас это не касается, но вы живёте рядом и этим дышите. А потом, в конце концов, можно и трупным ядом заразиться (что с некоторыми и происходит - М1).

Валентин Филиппов: Можно-можно.                        

Александр Казаков:  Это звучит довольно жёстко, может быть, но это правда. Ну, как от этого отгородиться? Это сравнимо с проблемами экологии. Ветер дует, он не знает, где граница. Если Запорожская АЭС жахнет, атомному облаку плевать, где ДНР, граница Российской Федерации, оно, кстати, по розе ветров пойдёт на северо-восток. Со всеми вытекающими туда уже, в Воронеж. Так же политика, это своего рода проблема экологии. То есть та политика, которая наполнена миазмами, она отравляет всё вокруг.

Если максимально благоприятно, Трамп, занятый другими проблемами, говорит: «Я, вообще, не знаю, где эта Украина»….

Валентин Филиппов: Я думаю, что, скорее всего, так и будет.                       

Александр Казаков: Вот вспомнит, как его кинули.  Спасибо Шарию, раскопал эту историю. Уже председатель Госдепа. И он скажет: «Ну, а кому можно передать палочку?» Ну, понятно, что Германии. Германия скажет: «Да, ладно! У нас тут выборы осенью. Нам, вообще, не до этого». Франции? Та у них, вообще, вот они, выборы.

На самом деле, палочку-то, взять некому. В результате, либо искать какие-то новые форматы, а от «минска» отойти нельзя, это резолюция Совбеза. Получается, на той стороне никто не хочет этим заниматься.

Валентин Филиппов: Логично.                        

Александр Казаков:  И тогда логично сказать России: «Ну, давайте вы уже как-то разбирайтесь, а мы потом посмотрим, что получается». При таком варианте развития событий начнётся политическое переформатирование Украины, но с непредсказуемым результатом.

Там нет ни одной политической силы, на которую можно положиться.

Валентин Филиппов: Так всегда было.                        

Александр Казаков:  Там, по крайней мере, были, условно говоря, более здравомыслящие. Возьмём ту же бывшую Партию Регионов. Или бывшую КПУ. Хоть так. А их-то просто нет. На кого ни посмотри в Киеве, это либо ультра-наци, либо просто нео-наци. Выбор такой, что ни один человек, ни два, ни три не помогут. Опереться реально не на кого. Проводить сейчас выборы? Кто их будет проводить? Кто будет считать? Кто будет смотреть за тем, чтоб не взрывали избирательные участки. Там какой-то кромешный ад получится. Поэтому при самом благоприятном стечении обстоятельств, если у нас пропадает западный противник, скажем так, на время, то там тоже совершенно не понятно. И при этом всё равно, возвращаясь к началу вопроса, скажут России:  «Давайте как-нибудь сами».

И тогда, мне представляется, единственное место, где можно найти хотя бы кадровый ресурс, это Донбасс.

Валентин Филиппов: Но, к сожалению, на Донбассе населения не так много. Знаете, был очень старый анекдот, когда Янукович пришёл к власти: "На Донбассе невозможно мужчине выйти на улицу.  Его тут же хватают и везут в какой-нибудь регион губернатором". Я думаю, что тогда будет самая большая волна беженцев с Донбасса, потому, что, ну, сколько можно управлять этой страной?                      

Александр Казаков:  Ну, во всяком случае, тот кадровый ресурс, который наработан в Донбассе за два года и который, при всех сложностях и противоречиях показал свою эффективность, я могу говорить за Донецк, здесь есть государство. При том, что всё предыдущее государство разбежалось, как тараканы. Здесь реально с нуля. То тогда кадровый ресурс надо черпать здесь. Знаете, есть такой слоган, когда бандеровцы говорят, что Донбасс должен стать Украиной,  часто здесь им отвечают, что Украина должна стать Донбассом. И здесь только половина шутки.

Потому что при нынешних обстоятельствах, если посмотреть, как люди живут здесь, – это жизнь трудная, но здоровая. И как люди живут там. Она тоже трудная, но она ещё и не здоровая, если не сказать больная. Тогда, Украина должна стать Донбассом, в этом есть определённый вектор. И самое главное, что это вектор развития.

Избавиться от Украины не получится у нас никогда. Ни у России, ни у Донбасса, ни у Белоруссии. Сколько угодно можно говорить, что они не братья. Что они предали. Ой, Господи, у нас есть болгары, которые нас предают столько раз, сколько мы их спасали.

Валентин Филиппов: Предательство болгар я, как раз, понимаю. Они в другой экономической системе. Они в другом регионе живут. Они просто вынуждены со своими соседями союзничать, а не с далёкой Россией... А Украина-то здесь.     

Александр Казаков: И никуда не денется.

Валентин Филиппов: Да. Колёсиков нет у неё.                          

Александр Казаков:  Совершенно верно. Поэтому на своём недавнем выступлении здесь по итогам года я сказал, что бремя ответственности за будущее Украины лежит, в том числе, на Донбассе, а особенно, на России. Потому, что деваться некуда.

...             

Александр Казаков:  ... К «Минску» надо относиться очень трезво. И, на самом деле, положительно. Во-первых, надо понимать, что это действительно, историческая дипломатическая победа российской, и участвовавшей в этом донецкой-луганской дипломатии. Это историческая победа. Мы на фоне военного подъёма и военного успеха заставили Киев подписать то, что он выполнить не может. Последним пунктом для Киева, сегодняшнего, бандеровского Киева, последним пунктом, секретным протоколом к «комплексу мер» последний пункт, который не опубликован. «Застрелись» называется.

Вот это они должны были подписать. Для них это невыполнимо. И тем не менее, мы это вбахали.

Валентин Филиппов: Да, но у нас не прописаны никакие санкции за невыполнение. Смысл-то?

Алксандр Казаков: И даже не только поэтому. Просто заведомо знаем, что пункты минского соглашения, особенно там, где они выходят на политический уровень, неисполнимы. Но в этом смысле — это историческая победа. Российской и донбасской новой дипломатии. Рано или поздно, при Порошенко или его преемнике, или, возможно, при изменении конституции в результате ещё одного переворота

...

Валентин Филиппов: Я вам должен сказать, что у них там ещё миллионов 30 заложников есть. Они Вам могут долго менять.

Александр Казаков: Так они на самом деле действуют так же, как ан-Нусра действовала в Алеппо. Всё население страны является заложниками. Так же, как было в Алеппо, один к одному. По-моему, они уже семинары проводят у ИГИЛ, у ан-Нусры по тактике ведения конфликтов. Вы совершенно правы. У них 30 миллионов заложников. Но, на самом деле, их ещё больше, ведь у них атомные станции. Рано или поздно они фитиль поднесут, скажут: «Ну, что? Вы выполняете наши условия или мы тут фитилёк зажигаем»? А это пол-Европы. Про Чернобыль все помнят.

...

Валентин Филиппов: Ваш прогноз на следующий год. Когда хороним Украину?

Александр Казаков: Украину, конечно, мы не хороним. Ситуация на Украине заведомо, при любых раскладах, лучше стать не может. Даже процесс выздоровления пройдёт через очень тяжёлые испытания. По разным подсчётам 30-40 тысяч людей, которые перестали быть людьми. Они перешли на другую сторону. Вообще. Начиная с тех, кто сжигал людей в Одессе, заканчивая теми, кто здесь творил эти невероятные зверства в Донбассе. Зная про эти захоронения, которые здесь найдены. Про то, что и как они делали с людьми. То есть, это то, через что Украине, Украине, подчёркиваю, не Донбассу, придётся  проходить. Я не могу даже представить себе суда, в котором можно судить тех, кто сжёг людей в Одессе. Суда такого ещё не придумали. Поэтому, на Украине при любых раскладах, самых благоприятных, легче не будет. Будет тяжелее.

Валентин Филиппов: Мне всё-таки хочется, чтобы без всякого суда мы разобрались с этими, которые людей жгли, и массовые казни устраивали.                         

Александр Казаков:  Валентин, они погибнут бесславно во время переформатирования Украины...

Валентин Филиппов: Спасибо, счастливо.                       

Александр Казаков:  Спасибо вам.

(*) - "украинский народ" и "братья", термины  чисто политологические, политкорректные. Из мирного времени, когда старались не нарушать законодательсто всех государств, включая и Украину, и Белоруссию. Хорошо мне знакомые именно потому, что мы вынуждены были действовать в рамках закона.

После вооруженного переворота все это ни о чем. Житель Донецка - часть украинского народа? Или он вдруг со своим украинским паспортом и мамой из Жмеринки и папой из Житомира стал "русским братом" жителю Харькова, который приехал из деревни Пахомово под Москвой учиться да так и застрял со своей рязанской родней в Харькове после развала СССР?

А может бежавший от всяких ужасов и поселившийся в 2016 году в Донецке житель Днепропетровска теперь "русский брат", который будет помогать "брату украинскому", сидящему в тюрьме в Харькове, который родился в России и является гражданином России? А "Ну погоди" кто? А семьи наших ополченцев, оставшихся под Хунтой? А миллионы пенсионеров, своим горбом строившие СССР? А миллионы наших русских деток-дошколят? Бросить их на воспитание нацистам?

Я не называю фамилий, но это реальные люди и примеры. Водораздел в любой подобной войне никогда не шел по границам или по паспортам - только по реально занимаемой каждым конкретным человеком позиции. Я знаю семьи, где брать оказались по разные стороны фронта. Знаю гниду, отказавшуюся от оставшихся под Хунтой сестры, матери и бабушке - все они для него теперь "предатели", а он - "русский националист". Знаю украинского нациста, не поделившего "поляну" с такими же подонками Белицкого и сбежавшего от них в Москву. Теперь он раздает интервью на русском языке, который требовал запретить и фотографируется с имперским флагом.

В гражданской войне  есть охваченный общей бедой один народ, который сотни лет делили разными границами, перекраивали и перевоспитывали. Пусть каждый сам считает, кто он по национальности - к границам и к многонациональной России это не имеет никакого отношения. Как и вопросы гражданства. Это формальности, лишь как-то влияющие на геополитику. Место каждого в этой смуте определяется его делами и целями. Если человек, пусть даже обвешанный медалями и должностями, отягощенный званиями и заслугами, заявляет, что "надо оставить Украину в покое, там все предатели", то он объективно повторяет требования США, НАТО  и ЕС к России. Значит он - по ту сторону мушки. Просто потому, что
                    интересы России и ценности русские неизменны.

Интервью полностью (таможня, обмены, уничтожение преступников и многое другое):

mikle1



Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...