Аналитика

Война в лицах. Часть 2. Война, о которой стыдно говорить.

Почему многие солдаты возвращаются домой инвалидами? Речь не о потере руки или ноги, а о психической надломленности, а то и полной неадекватности.  После войны они становятся агрессивными и … жалкими. Причина в том, что им приходится носить в себе то, о чем нельзя рассказать сыну, внуку, родне, соседу. Когда война не героический пересказ подвигов во имя Родины, а перечень поражений, глупости, преступлений, обильно заливаемые водкой, то даже самый сильный человек может сломаться. Вторая часть «войны в лицах»: Война, о которой стыдно говорить.

Yurasumy

 

- Куда вас направили в зоне АТО?

Сергей: 1 сентября 2014 года мы приехали в один из пафосно освобожденных городов. На почти 90 человек у нас вообще не было никакого исправного транспорта, кроме скорой помощи для раненых. И вот на следующее утро приезжает конвой: два пустых автобуса и какой-то офицер из штаба и, не предъявляя никаких документов, говорит: "Вам приказ направляться в Авдеевку, грузитесь". А оттуда как раз накануне отступил один из батальонов территориальной обороны ВСУ. После Иловайска в войсках было распространено настроение - отходить и окапываться по Днепру, все ждали полномасштабного вторжения россиян. Я говорю: "У меня 85 необстрелянных людей, никакого транспорта, четыре ручных пулемета, ни одного РПГ и никакого прикрытия. Против танков". Мне этот офицер говорит прямым текстом: "Меня не е**т, что у тебя есть, а чего нет - есть приказ: твоих отвезти в Авдеевку. Твоя задача - патрулировать улицы, что там с тобой будет, мне п…й". Это дословно. У меня после этой фразы отношение к этой войне и ко всему показному патриотизму серьезно поменялось. Конечно, мы туда не поехали, так как у меня письменный приказ - быть на базе в АТО и ждать доукомплектации, а приказы с голоса я не принимаю. Я людей сберег, а в ответ бойцы с подачи партийных кураторов за спиной, как я потом узнал, говорили: "Наши командиры ссут воевать". Когда в Киеве отбирали в АТО, я лично мамам бойцов звонил, тем, у кого это - единственный сын: не возражаете, что ваш сын идет на войну? И когда мать в слезах говорит тебе: "Я вручаю жизнь сына Богу и вам" … Ладно, не об этом речь.

Так вот. Тот штабной офицер уехал, и мне звонят наши депутаты-спонсоры, говорят: "Хлопці, ви чого? Їдьте, відстоюйте рідну землю!". Потом только я понял, что спонсорам нужна была ритуальная жертва - погибшие герои накануне парламентских выборов.

 

- Чем занимались на базе в АТО?

Сергей: Выезжали якобы на зачистки в села Донецкой области, но на самом деле "зачистки" - это просто звучит красиво, а реально же это "обозначение флажками", имитация бурной деятельности. Выехали в какое-то село (наш батальон там оказался под командованием Нацгвардии МВД), команда: 15 минут на зачистку села - выявление лагерей сепаратистов. Как можно село зачистить за 15 минут? Потоптались и уехали, а в отчете значится, что силы АТО зачистили такие-то и такие-то населенные пункты и там все спокойно.

Позднее была поставлена задача, причем опять-таки, не штабом АТО и не МВД, а партийными спонсорами - "создать на базе батальона диверсионно-разведывательную группу". Тогда тема ДРГ была очень популярна, даже байка ходила, что наши ДРГ орудуют среди сепаратистов и вырезают их одними ножами. Это бред. Приехали депутаты-спонсоры говорят мне: "Создашь ДРГ?", я говорю "Нет, конечно. Вы вообще знаете, что это такое? Для того, чтобы люди в ДРГ сработались на уровне подсознания и понимали друг друга с полувзгляда, их тренируют годами". Мне ответили: "Ты не патриот, мы найдем того, кто создаст". В итоге вызвался один офицер из батальона, щелкнул каблуками и взял под козырек. А потом, выясняется, что он перепутал ДРГ и ОРД (оперативно-розыскная деятельность). Так все и заглохло, но спонсоры в СМИ отчиталась, что "на базі батальону створена ДРГ".

В общем, отслужили в таком состоянии до первой ротации пару месяцев, собираемся на вторую ротацию выезжать, в Курахово, комбат говорит "Вы едьте сами, я не еду - у меня задание от генерала". Задание так задание - едем с бойцами сами. Скоро выяснилось, что задания генерала никакого не было. А комбат, направленный приказом в АТО, отдыхал в Шарм-эль-Шейхе. А руководил - сообщениями через Фейсбук…

 

- Чем занимались в районе Курахово?

Сергей: Охраняли дамбу. Но по "удивительному" стечению обстоятельств - рядом находилась ТЭЦ одного из одиозных олигархов. Совпадение? Не думаю, учитывая, что письменно приказа я в глаза не видел. Командование поставило перед фактом: ну, у вас же задание - работа в Донецкой области, так что нет никаких проблем с тем блокпостом, около ТЭЦ. Вот так война и ведется, чтобы вы понимали.

 

- Реально воевать, к чему вы и готовились, довелось?

Сергей: Въезжали в зону АТО все заряженные. Никто не собирался, я думаю, охранять кусты, пить и мародерствовать. Я принял решение брать по 5-10 бойцов и выводить их на передовые позиции под ДАП (Донецкий аэропорт -ред.). Чтобы люди хоть чуть-чуть почувствовали, что такое война. Иначе все спиваются.

Илья: На войне человек находится в постоянном эмоциональном напряжении. Важно не сидеть без дела, чтобы напряжение не превратилось в депрессию или наоборот - неадекватную активность. В какой-то степени воевать легче, чем быть в постоянной готовности и ждать отправки на задание.

Сергей: У нас практика командования АТО была такая: либо тебя с колес прямо отправляют в мясорубку. Либо ты сидишь и охраняешь на второй-третьей линии кусты. Мы сами искали себе должного применения. Понимания того, что существует единый замысел и координация действий - у нас не было. И это при том, что мы периодически участвовали в совещаниях, включая и те, что проходили в штабе АТО.

 

- Как и почему уволились?

Сергей: Не хотелось служить в состоянии вялотекущего бардака и отсутствия боевых задач, к которым мы изначально были готовы и готовили бойцов. Бороться с комбатом-алкоголиком, мириться с отсутствием обеспечения со стороны главка, кадровой политикой и непрерывным пиаром спонсоров… Это не то, что в нашем понимании означало воевать.

Илья: Ушли несколько десятков бойцов. Все предварительно доложили начальству о своем решении. Как положено, открыто и честно.

Сергей: Нам еще "не для протокола" было сказано: так что же это получается, нормальные офицеры уходят, а п..сы остаются в батальоне? Вот так.

 

- Партийные спонсоры у батальона остались?

Сергей: Рассказывали, что они на какое-то время перестали спонсировать батальон. Но в последние месяцы помощь возобновили. Но не в этом дело: для чего вообще нужны партийные, идеологические батальоны? Какими государственными целями это можно оправдать?

Война в лицах. Часть 1. Как попадают на войну.

Война в лицах. Часть 2. Война, о которой стыдно говорить.

Война в Лицах. Часть 3. Как проигрывают войны

Война в лицах. Часть 4. Если сбросить маски

Война в лицах. Часть 5. Кто может Украине помочь.

Источник