Аналитика

Война в Лицах. Часть 3. Как проигрывают войны

Армия Киева, создана, чтобы проиграть эту войну. Если бы ее создавали для победы, то делали бы это иначе. В этом уверен бывший офицер армии ХУНТЫ. С самого начала это был договорняк, который и привел к нынешнему результату (войне без конца). Именно тому результату, который очень многих устраивает  сейчас. Устраивает потому, что пока идет война, они всемогущи, а во время мира они никто… либо еще хуже – преступники. Специально для этого армию режима укомплектовали необстрелянными пацанами, уголовниками, «патриотами»,  не умеющими воевать, а не профессионалами, которые могли победить. Более того, многими профессионалами, которые могли не допустить начало войны, киевский режим спокойно пожертвовал. Еще в Славянске. Фактически офицер хунты  согласен со Стрелковым, что война началась именно в Славянске. И это устроило тогда ВСЕХ.  

Yurasumy

- Что можете сказать о характере происходящего в Донбассе: это война или АТО?

Сергей: Война реально идет, потому что нигде в мире после Второй мировой не было вооруженного конфликта с такой концентрацией артиллерии на квадратный километр. Проблема в отношении общества к ней - у нас принято все, что связано с этой войной воспринимать с точки зрения героизма. А война - это не героизм, а тяжелая, повседневная, изматывающая работа. И чем ты профессиональнее и лучше сделаешь свою работу, тем больше у тебя шансов живым вернуться домой. Нельзя собрать селян, снять трактористов с трактора, дать им в руки автоматы и ждать от них моментальной победы. Тем более, нельзя замалчивать, что в период Иловайска, когда министр Гелетей в Киеве пафосно принимал парад, наша армия несла огромные потери, а наши позиции сдавались сепаратистам штабными предателями. У меня в Славянске весной 2014 года товарищ погиб, и на похоронах я принял для себя решение возвращаться в армию. Я обратился в свою "контору", мне сказали: "Если хочешь, то хоть завтра. Но реально: оно тебе надо? Тут у нас люди рапорты потоками пишут, после того, что было в Славянске". Потому что там наши группы тупо сливались и отдавались на убой. Они еще с базы не выезжали, а сепаратисты уже знали, сколько, чего и куда проедет. То есть, это была Чечня 1994 года - один в один. Тот же Славянск можно было задушить и подавить ВСУ и спецподразделениями очень быстро. С самого начала это был договорняк. Почему-то вместо того, чтобы бросить весь ресурс на армию, спецподразделения и начать находить толковых людей в запасе, стали проводить бестолковую мобилизацию людей, которые никогда оружия в руках не держали. А те, кто проходит в СБУ и армии по спецучету - их данные никто не поднимал.

 

- Что такое спецучет?

Сергей: Ветераны войн, опытные бойцы спецназа, имеющие за плечами, в том числе, и опыт боевых действий в горячих точках по всему миру. Они не нужны - им даже повесток не прислали. Никого из моих друзей по спецназу и в помине никто не приглашал. Надо привлекать в силовые ведомства этих профессионалов.

Илья: У нас десятки, если не сотни тысяч офицеров запаса. Можно бы было офицерские батальоны, а то и целые бригады собрать.

Сергей: Вместо этого начали создавать дикие полувоинские идеологические батальоны.

Илья: И отдают негласное распоряжение: "диких ментов" не трогать.

Сергей: Назначают командиром роты пять раз судимого человека, или превращают в комбата авантюриста и профессионального мошенника. Он говорит, что капитан, и ему с голоса дают погоны, а у нас люди с двумя образованиями, после военной академии, подполковники спецподразделений старшинами милиции в АТО ушли.

Илья: Комбатами становились и вожди ультраправых движений, и рецидивисты, мошенники и просто откровенные неудачники в мирной жизни. Кто угодно, только не те, кто имеет подготовку и адекватный опыт. Да и спонсоры у этих формирований почему-то были часто те, кто за несколько месяцев до того "злочинній владі" служил. И вот эти наскоро созданные подразделения бросили на Восток. С гопотой и алкоголиками воевать получалось. А после - Саур-Могила, Иловайск… Потом комбаты эти на крови своих бойцов и за деньги спонсоров зашли в Раду. А батальоны свои побросали. Разве не так получается?

 

- Если все так плохо, как вы говорите, почему мы до сих пор войну не проиграли?

Сергей: А что мы - выиграли? Российских войск в Донбассе реально мало. К сожалению, при полномасштабном вторжении нас бы отбросили за Днепр. Да, российских граждан там валом. Но это такая же пестрая публика, как наши "дикие" батальоны. Когда в ход шла реально российская армия, ротные и батальонные тактические группы, мы терпели поражение - в том же Иловайске, Дебальцево. В Донецком аэропорту держались долго. В военном отношении - бессмыслица, но как подняли боевой дух военных, как гордились - киборги! А потом пошли все эти ротации через сепарские блок-посты, какие-то мутные переговоры. В итоге - дали убить пацанов. Слили киборгов. 242 дня держались, чтобы потом нас унизили эти скоты. Да, общее руководство силами боевиков сосредоточено в российском Генштабе - но россиян тоже устраивает держать Украину в состоянии нынешнего вялотекущего бардака. Зачем рисковать, вести полномасштабную войну, когда можно так качать ситуацию, чтобы мы сами себя сожрали, разрушили изнутри.

 Нам говорят о российской агрессии. Тогда вопрос к нашему руководству: сколько за полтора года, как мы говорим, войны с Россией, было пленных? 10 десантников, 2 спецназовца и вот недавно какой-то майор заехал по ошибке. А если был кто-то еще, то почему мы их втихаря обмениваем? Что это за война такая?

 

- Вы ко всем добровольческим батальонам вы относитесь отрицательно, или есть исключения?

Сергей: Правый сектор. ДУК (Добровольческий украинский корпус - ред.). Конечно, у них точно не корпус. Корпус, это больше чем дивизия, это может быть и 20 тысяч, и 25 тысяч человек. Там в лучшем случае укомплектованная рота - до 130 человек, которые да, воюют. Но в Правом секторе много толковых людей, которых я очень уважаю. Общался с их разведчиками на базе - абсолютно адекватные специалисты, которые действительно хотят добиться результата.

Но в целом Правый сектор - это очень неоднородная и мифологизированная, в том числе и российскими каналами, организация. И туда влазит кто попало и зачем ни попадя. А потом возникают такие ситуации, как Мукачево.

Илья: Еще летом прошлого года была официальная служебная информация о том, что до 30% личного состава добровольческих формирований не находятся в расположении своих подразделений. И это с оружием и с удостоверениями милицейскими. Я эту бумагу собственными руками держал, для служебного пользования. Год прошел - могу в общих чертах сказать уже. Там же говорилось о том, что уже в зоне АТО вновь созданные подразделения милиции и территориальной обороны не находятся в местах назначенной им дислокации и выполняют никем не поставленные им задачи.

Сергей: А что вы хотите от наспех собранных батальонов? В целом добровольческие батальоны в Украине излишне распиарены, политизированы и слабо подготовлены. Я хорошо отношусь к отдельным людям и отдельным подразделениям - в Правом секторе, например, или в Азове, но в целом я не могу назвать ни одного добровольческого батальона, которым Украина могла бы гордиться как исключительно подготовленным и эффективным боевым подразделением. Люди просто не знают правды.

Илья: Людям нужны герои и красивые истории. Но одними красивыми историями войны не выиграть.

 

Война в лицах. Часть 1. Как попадают на войну.

Война в лицах. Часть 2. Война, о которой стыдно говорить.

Война в Лицах. Часть 3. Как проигрывают войны

Война в лицах. Часть 4. Если сбросить маски

Война в лицах. Часть 5. Кто может Украине помочь.

Источник