Аналитика

Отставка Яроша как симптом смертельно больного организма киевского режима

 

Отставка Яроша как симптом смертельно больного организма киевского режима

 

На этой неделе произошло событие, по достоинству не оцененное политэкспертами и аналитиками – ушел в отставку создатель «Правого сектора» (запрещен в РФ решением Верховного суда, — Прим. ФАПН) Дмитрий Ярош. Надо полагать, на остатках Украины постарались сгладить последствия произошедшего, в России же – просто не поняли, ЧТО такое «Правый сектор» и КТО такой Ярош.

Дмитрий Ярош, 1971 года рождения, еще в Советской Украине, до службы в армии, 18-летним пацаном вступает в «Народный рух Украины» — наиболее националистическую организацию в УССР. Усилиями Михаила Горбачева – легальную. Последнее важно для понимания поведенческого стереотипа Дмитрия Яроша – он никогда не вел подпольной работы, не рисковал свободой, не шел против власти, если не имел за спиной надежной поддержки и опоры. Вся его многолетняя националистическая, по сути – нацистская, деятельность, шла в правовом поле (впрочем, на Украине это понятие весьма условно).

В 90-х годах Ярош становится соучредителем «Тризуба имени Степана Бандеры» и несколько лет возглавляет организацию, которая к декабрю 2013 года подготовила несколько тысяч боевиков, проходивших обучение и боевое слаживание на территории Галиции, где и вербовалось большинство рекрутов.

Именно на базе «Тризуба им.Бандеры» в 2013 году создается организация «Правый сектор», которую закономерно возглавляет Ярош. И если на плечи Олега Тягнибока и его «Свободы» ложится в основном условно мирная и политическая часть борьбы — как парламентской партии, то «правосекам» Яроша поручается более ответственный участок работы – вытеснение с майдана мирной студенческой акции протеста (за подписание «Соглашения об ассоциации с ЕС») боевиками праворадикального толка, которые должны перевести бескровный протест в пламенеющую «революцию». Отсюда и коктейли Молотова, и бульдозеры, и жертвы.

«Правый сектор» с блеском выполнил поставленную задачу. Он не только успешно превратил мирный протест «Евромайдана» в кровавую кашу, но и впитал в свои ряды почти всех радикально настроенных боевиков. К началу марта 2014 года в него влились и СС-овцы Данилюка (Спильна Справа – общее дело), и разные мелкие отряды нацистов, наподобие «Викингов».

Дмитрий Ярош умело перенаправил своих подчиненных на «защиту завоеваний революции от пророссийских сепаратистов». Несколько десятков тысяч человек в марте-августе прошлого года добровольно вошли в состав Национальной гвардии и ДУК «Правый сектор». Брошенные сначала на подавление мирных акций протеста на востоке и юге Украины, они быстро превратили акции гражданского неповиновения в гражданскую войну. Против берданок и коктейлей Молотова в ход пошли гаубицы, «Грады», танки и боевая авиация.

Таким образом с помощью боевиков Яроша были полностью отрезаны пути мирного разрешения конфликта на Украине и ликвидирована на несколько лет угроза федерализации страны. Не меньшее значение для хунты Порошенко играл и тот факт, что боевые действия позволяли утилизировать наиболее умелых, подготовленных и идейных нацистов на фронте. Ярош даже демонстративно дистанцируется от власти, переведя штаб-квартиру «правосеков» в Днепропетровск, уйдя под опеку миллиардера Коломойского, в то время – губернатору Днепропетровской области с большими амбициями на будущее.

В результате, «Правый сектор» был не только занят на фронте, но и фактически ликвидирован, как организованная боеспособная организация, которая может угрожать власти олигархического режима Порошенко. Который не только ничем не отличался от построенного Януковичем, но и включает в себя бывших регионалов, вплоть до столь ненавидимого майданными активистами Левочкина.

Ярош же не только активно содействовал этому процессу, но и всячески дистанцировался от вооруженных формирований «правосеков». Нет, он регулярно приезжал на фронт, был даже ранен, произносил пламенные речи и регулярно угрожал Порошенко «мобилизацией», «заточкой ножей», «походом на Киев» и очередным Майданом. Но со времени убийства Музычко эти слова явно расходились с делами. Когда летом 2015 года его подчиненные во время передела контрабандного рынка сигарет в Закарпатье устроили бойню с расстрелом милиционеров из гранатометов, неожиданно выяснилось, что Дмитрий Ярош «осуждает неправомерные действия» своих однопартийцев. Мало того, оказывается за все вооруженные формирования «Правого сектора», незаконные даже по действующему законодательству остатков Украины, отвечает вовсе не Ярош, а его старый товарищ по руководству «Тризубом им.Бандеры» — Андрей Стемпицкий.

И в то время, как «Правый сектор» во всех его многочисленных ипостасях, действующая власть последовательно давила и разоружала, Дмитрий Ярош исправно голосовал «как надо» в парламенте, будучи с осени 2014-го депутатом Верховного совета. Все его предложения о реформировании организации то в «Резервную армию», то вхождение в состав спецназа СБУ, в армию или Национальную гвардию, лишь помогали Порошенко вымывать из «Правого сектора» наименее стойких последователей радикального национализма, ослабляя потенциальную угрозу власти справа.

Местные выборы 25 октября – 15 ноября этого года обнажили ключевое противоречие между убежденными нацистами и властью. Под нажимом западных кураторов Порошенко вынужденно пошел на «Ширку-2» (широкую коалицию) с бывшими врагами-регионалами, ныне именующими себя «Оппозиционным блоком». Это усугубляется прекращением активных боевых действий на фронте и (пусть и неохотным, формальным и половинчатым) выполнением Киевом минских соглашений. В этом формате во многом подчиняющиеся опальному Коломойскому «правосеки» неизбежно оказывались в жесткой оппозиции к режиму. Перед Дмитрием Ярошем ребром стал вопрос – остаться верным делу созданной им организации и (как минимум) сесть в тюрьму, или оставаться депутатом порошенковского парламента на свободе. Прагматик Ярош предпочел последнее.

Все же перипетии и интриги формальной организации его выхода из рядов «Правого сектора» вторичны. Дмитрий Ярош, отдавший всю свою сознательную жизнь (четверть века) делу торжества идей интегрального национализма, последовал по стопам своих многочисленных предшественников. Он предпочел быть винтиком пусть и плохо, но пока еще работающего механизма русофобской власти прозападных марионеток, поставив крест на попытке построить «нэзалэжную украинскую державу» на идеях Степана Бандеры.

Фактически, спустя 26 лет, Дмитрий Ярош осознал правоту идейного вдохновителя и соучредителя «Народного руха» Вячеслава Черновола — членом «Руха» Дмитрий Ярош являлся с момента его создания в 1989 году. Именно диссидент советской школы Черновол первым отказался от идеи растягивания бандеровского одеяла на всю Украину и заговорил о необходимости федеративного статуса для Галиции (после чего и погиб в автокатастрофе). Судя по всему, Дмитрий Ярош хочет дожить до старости. И дожить в комфорте.

Оставшиеся же без «отца-основателя» нацисты неизбежно займут самую правую сторону в политической палитре остатков Украины и перейдут в открытую оппозицию Хунте. Именно борьбой с ними Порошенко будет о

правдывать перед своими западными кураторами «демократизм и европейские ценности», которые Киев якобы исповедует. Фактически, мы наблюдаем очередное воплощение давно известной истины – любая Хунта прежде всего разрушается изнутри в результате назревших противоречий между идеалами тех, кто привел её к власти, и теми, кто в результате воцарился наверху, построив уродливое подобие того, с чем вроде бы боролся.

Спустя почти сто лет трагедия повторяется в виде фарса – воплощенную коммунистами мечту о независимой Украине уничтожают именно те, кто за нее больше всего вроде бы ратовал – бандеровцы – интегральные националисты — нацисты.

Георгий Низовой