Аналитика

Cui prodest?

Неслыханные новости пришли вчера от Навальния, известного скандалиста и похитителя бревен со строительства какого-то захолустного лупананрия, чей главной целью в жизни является выискивание у сенаторов и патрициев спрятанных сокровищ, записанных на конкубин и гетер вилл, тайных дворцов где-нибудь в Галлии или на Адриатике, и даже дорогостоящих греков-рабов. 

На сей раз Навальний обратил свое внимание на Урсуса – любимого коня Цезаря Августа, некогда капризом Божественного возведенного в сенаторское достоинство. Урсус, невиннейшнее и послушнейшее существо, предмет добродушных смешков всех римлян – рассказывают уморительные истории о том, как Урсус уснул прямо во время скачек на Больших Играх и завалился, храпя, набок, во время заседания Сената: известно, что конь Цезаря обожает поспать. Еще Урсусу нравятся многочисленные блестящие игрушки, он охотно забавляется с учеными рабами парфянского работорговца Кукиса, кои владеют искусством моментально нарисовать очень похожий портрет благородного скакуна, который он может долго разглядывать в перерывах между сном. 

Жрецы храма Эпоны, ответственные за содержание любезного Урсуса, частенько истолковывают его постукивание копытцами, громогласные звуки при пускании ветров или ржание, чтобы определить цены на медь, бобы или горючую земляную смолу, а так же предсказать погоду. Но в целом, как и было сказано прежде, сей иноходец есть тварь совершенно безобидная, хотя в народе бытуют слухи, будто в ярости Урсус свиреп и беспощаден – ведь когда Божественный Август назначил его консулом, Римом была победоносно выиграна война с Колхидским царством и тогдашним царем Сакашидом, затем позорно изгнанным в Умбрию, где он и подвизается доселе не то бродячим фигляром, не то выискивая подаяний. 

Намедни, взъерошенный Навальний выбежал на Форум Рима и, разодрав на груди сильно поношенную тогу, вымазав лицо грязью и посыпав голову пеплом заголосил, привлекая внимание праздной публики. Сбежались любопытные квириты, став выспрашивать, что же послужило столь тяжкому горю и громким стенаниям? 

- Узрите! – уподобляясь речистой героине трагедии Софокла, воскликнул Навальний, - узрите же! Копыта Урсуса выкрашены золотом! Подумайте только граждане – копыта! И золотом! 

- Копыта как копыта, - ответил безвестный квирит. – Видывали копыта и получше, да простят меня боги за эдакую непозволительную грубость по отношению к сенатору, пускай формально являющемуся конем. А дальше-то что? 

Дальше последовала череда ужасающих, буквально леденящих кровь обвинений. Оказывается, Урсус обладает несметными богатствами! Мраморные конюшни с позолоченными балками в самом Риме и окрестностях! Украшенные самоцветами стойла и ясли в стране этрусков! Роскошные ипподромы и поля для выездки! Крытые конные манежи! Его седла и попоны изготовлены из Тирского пурпура, слоновой кости и перламутра! Его вальтрап златоткан, и сделан лучшими мастерицами Египта и Нубийского царства! Упряжь украшена изумрудами! 

Урсусу принадлежат даже два виноградника, куда оберегающие скакуна жрецы Эпоны не допускают голодных вдов и сирот, а обезумевшее от тяги к стяжательству животное в одиночестве объедает с богатых лоз сладкие плоды. После чего, правда, страдает несварением и поносом... 

Пока Навальний, утирая с небритой щеки слезу и подпуская в голос жалостливости, продолжал исторгать из себя обличительный поток, некоторые квириты призадумались, а после задали вполне разумные вопросы. Известно ведь, что несколько лет назад, после (да и во время) консульства Урсуса, приближенные Навальния, в основном римские бездельники-сибариты, обосновавшиеся в Риме иудеи и прочая columna quinta возлагали на кажущегося столь неразумным и безмятежным Урсуса большие надежды. Думали, что его пофыркивания и прочее И-го-го будут истолкованы жрецами как желание прогнать Цезаря Августа, вернуть в Сенат изгнанных после смерти Гая Бореалиса Алколигулы зарвавшихся богачей и вновь впасть в хищные объятия Парфии – тогда в Вечном Городе даже вспыхнул мятеж, впрочем, моментально разогнанный городской когортой. До поры до времени Урсус был фигурой неприкосновенной. 

Так что же произошло? Почему Навальний, известный тем, что не брезгует очернять других людей за хорошую мзду, обратил на злосчастного коня свое внимание? В чем причина, и кто отдал сей приказ?.. Именно над этим следует поначалу задуматься, а уже потом обсуждать золоченые копыта. Cui prodest? 

В итоге, Навальний, как и обычно, обошел собравшихся с кружкой для пожертвований, получил пару медяков от городских сумасшедших, и убыл с Форума под смешки граждан – история со злодейским похищением бревен в лупанарии не забылась. 

Cui prodest, квириты? Cui prodest?