Новости

Антикоррупционный суд не понизит уровень украинской коррупции

В начале июня Верховная рада Украины проголосовала за создание Высшего антикоррупционного суда (ВАКС). Данное требование западные кураторы Украины выдвигали последние год-полтора, усматривая в антикоррупционном суде инструмент контроля над украинскими элитариями. Однако едва ли работа ВАКС будет запущена в ближайший год, не говоря уже о том, что функционирование этой институции вряд ли снизит уровень коррупции в государстве.

Западные игроки сумели «додавить» украинские «верхи» относительно голосования за создание антикоррупционного суда. Забавно, что предыдущие двадцать с лишним лет Запад, научивший украинских элитариев коррупционным схемам, не интересовался борьбой с этой частью теневой экономики. Да и сами государства Евроатлантики не являются эталоном в данном случае: например, в 2014 году потери Евросоюза от коррупции оценивались минимум в 120 млрд евро в год.

Создание антикоррупционной вертикали (антикоррупционных бюро, прокуратуры и суда) задумывалось для обеспечения надежного контроля над украинскими элитами и размывания украинского суверенитета.

Если евроатлантические структуры действительно были бы заинтересованы снизить уровень коррупции на Украине, то они как минимум предоставили бы всю имеющуюся информацию о транзакциях «лопнувших» с подачи руководства Нацбанка Украиныкоммерческих банков.

Инспирированный верхушкой регулятора «банкопад» (во времени и пространстве растворились порядка 100 банков) стал одной из наибольших афер последних лет, что обошлось украинским налогоплательщикам в сотни миллиардов гривен.

Несмотря на то что закон о создании антикоррупционного суда принят, ключевой вопрос заключается в том, когда ВАКС начнет свою работу и кто войдет в персональный состав этой структуры. Ожидается, что к процессу отбора судей будут подключены международные эксперты, которые будут обладать правом накладывать вето на те или иные кандидатуры.

Но откуда уверенность в том, что международные эксперты будут незаангажированными? В сущности, это извечный вопрос: кто будет контролировать контролеров; кто будет бороться с коррупцией в недрах антикоррупционного суда?



По заявлению чиновников, функционировать ВАКС начнет не раньше декабря-января. Представляется, что данные оценки излишне оптимистичны: процесс отбора судей может затянуться на неопределенный срок; более того, существует теоретическая возможность отмены проголосованного законопроекта через Конституционный суд. Правовой зацепкой может послужить статья 125 Конституции Украины, где сказано, что «создание чрезвычайных и особых судов не допускается».

Сделаем прогноз, что до ближайших президентских выборов, первый тур которых должен состояться 31 марта 2019 года, ВАКС не сумеет начать свою работу.

Не стоит питать надежд на то, что антикоррупционный суд в принципе сумеет снизить уровень коррупции в государстве. Никакой эффективной борьбы с коррупцией в стране, где уровень ВВП на душу населения составляет менее 3 тысяч долларов, а «кормовая база» для элитариев сужается день ото дня, быть не может априори.

Опыт стран Евросоюза подсказывает, что имеется прямая зависимость между степенью деиндустриализации и уровнем коррупции. Согласно докладу Transparency International«Люди и коррупция: Европа и Центральная Азия — 2016», в топ‑5 наиболее коррумпированных стран ЕС входят Болгария, Греция, Румыния, Венгрия и Италия (единственное исключение, но об итальянской мафии слышали все). Украина опережающими темпами избавляется от «преступного» советского наследия в виде промышленности и стратегической инфраструктуры, превращаясь в «аграрную сверхдержаву» имени экс-посла США в Киеве Джеффри Пайетта, а потому продолжит находиться на первых строчках в европейских рейтингах восприятия коррупции. 

Соответственно, когда говорят о борьбе с коррупцией на Украине, предлагают бороться не с причиной, а всего лишь со следствием.

Украинскому обществу заморочили голову настолько, что значительная его часть считает коррупцию большей проблемой, чем развал промышленности, науки, системы здравоохранения, рост коммунальных тарифов и инфляцию.

Покамест приходится констатировать, что борьба с коррупцией стала не меньшей «кормушкой», чем, собственно, сама коррупция: она обходится налогоплательщикам всё дороже, а ее результаты крайне скудны.

Антикоррупционный суд не станет эффективным инструментом обуздания коррупции еще и потому, что Национальное антикоррупционное бюро Украины (НАБУ) и Специализированная антикоррупционная прокуратура (САП), которые собирают улики и передают материалы в суд, на сегодняшний день проявляют высокую степень сервильности к правящей верхушке, закрывая глаза на многочисленные резонансные коррупционные скандалы, где замешаны топ-чиновники. НАБУ и САП так и не дали ответов на вопросы о панамских офшорах «верхов», «пленках Онищенко», завышенных в интересах монополистического капитала коммунальных тарифах, финансовых махинациях в структурах ВСУ и так далее. Посему максимум «под раздачу» антикоррупционного суда попадут мелкие чиновники и неугодные политики и управленцы, у которых испортились отношения с правящей верхушкой.

Интересно, какую следующую «антикоррупционную» институцию потребуют создать украинские «еврооптимисты» и западные акторы, когда убедятся, что КПД суда окажется в пределах статистической погрешности? Антикоррупционные тюрьмы? Антикоррупционный парламент? Антикоррупционное правительство?

Денис Гаевский



Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...