Новости

Дружить «Римами»?

Можно ли ждать от итальянских правых, что они выведут Италию из режима антироссийских санкций?

Светлана Лурье

 

В первые дни июня 2001 года я побывала на самом невероятном в моей жизни симпозиуме. Название его было каким-то очень политкорректным, и поэтому я его не запомнила. Происходил он в Венеции.

«Лига Севера», которая и стояла за его организацией, решила пригласить итальянских и российских ученых.

Зачем? Рим, Италия – это Первый Рим. Римскую империю необходимо восстановить. Помочь в этом может Москва – Третий Рим, поскольку у московитов опыт имперского строительства совсем свежий, и они могут им поделиться. И вот это все совершенно серьезно обсуждалось тогда в Венеции.

Постсоветское пространство наши итальянские коллеги называли исключительно пространством Российской империи. На заключительном банкете мы дружно выпили за Римскую империю, гражданином которой был святой апостол Павел. И только один мой вопрос остался без ответа: что мы будем делать со вторым Римом, его политкорректно замяли, ну да то не суть важно.

На протяжении всех трех дней у меня было ощущение невероятного изумления и некоторого восторга. Происходящее казалось какой-то параллельной реальностью. Ходили какие-то смутные слухи, что к мероприятию как-то причастен Сильвио Берлускони. Он только через несколько дней должен был стать премьер-министром во второй раз и еще не был знаком с Владимиром Путиным. Прямую связь мероприятия с Берлускони не утверждаю. Но…

Я это все к тому, что связи с итальянскими правыми могут всегда обернуться какой-то неожиданной и даже невероятной стороной.

Сейчас «Лигу Севера» возглавляет Маттео Сальвини, недоучившийся историк, бывший студент Миланского университета, который сформулировать как-то культурную близость между Италией и Россией затрудняется. Этой весной на вопрос одной российской газеты, «есть ли особое духовное родство между нашими народами», он ответил просто: «Я не историк, но когда вы заговорите с обычными жителями Апеннинского полуострова, то сразу увидите, что мы смотрим на Россию с искренней симпатией и любовью. Есть множество вещей, связанных с вашей страной, которые нам нравятся: музыка, искусство, литература, города, природа».

Есть у него к нашей стране симпатия, но вот кто действительно его герой, кого он превозносит, так это лидера нашего – Владимира Путина. Как-то он сфотографировался на Красной площади в футболке, на которой был изображён президент России в военной форме. На встрече с Путиным в Милане Сальвини подарил российскому лидеру его статуэтку в образе покровителя «Лиги Севера».

«Путин защищает идентичность народов, выступает против массовой иммиграции, поддерживает традиционную семью, защищает национальный и экономический суверенитет. “Лига” всегда разделяла эти ценности», — говорит Сальвини.

Такое отношение к главе нашей страны в Италии не редкость. «Мы завидуем русским, у которых такой национальный лидер», — честно признается лидер ультраправой партии «Новая сила» Роберто Фиоре, и эта партия стала даже лояльно относиться к Берлускони, руководствуясь соображениями, что «у Путина не может быть плохих друзей». А Берлускони – это всем известно – друг Путина.

Паоло Гримольди, депутат от партии «Лига Севера» в итальянском парламенте, основал в нем официальную группу «Друзья Путина». В нее вошли 40 человек: помимо всех избранных по спискам «Лиги Севера», также несколько членов партии Сильвио Берлускони «Вперед, Италия!», несколько представителей от «Движения пять звезд» Беппе Грилло и еще несколько парламентариев из других партий. В прошлом году «Лига Севера» заключила соглашение о взаимодействии с «Единой Россией». И, конечно же, эта правая итальянская партия признает Крым российским и обещала снять с России санкции в одностороннем порядке, не дожидаясь, когда это сделает Евросоюз. Так что нам теперь всем остается только ждать, когда «Лига Севера» придет в Италии к власти…

Но стоит вспомнить, что друзья Путина есть не только в Италии. Так называют часто и членов ультраправой Австрийской Партии свободы Хайнца-Кристиана Штрахе, год назад заключивших аналогичное соглашение с «Единой Россией». Эта партия тоже признает Крым российским и обещала снять с России санкции.

Она только что пришла к власти в коалиции с правой Народной партией Австрии, лидер которой Себастьян Курц тоже выступает противником санкций и полагает, что «мир на нашем континенте может быть только с Россией». Курц признается в большом уважении к русскому народу, который сыграл важную роль «в освобождении Европы и моей страны от фашизма».

Еще недавно Штрахе, приглашенный Курцем к переговорам по формированию нового правительства Австрии, говорил, что хочет «найти решение, чтобы смягчить или снять эти несчастные санкции». Но теперь, после вхождения в правительство Штрахе, заявил, что да, его партия в составе нового правительства будет бороться за отмену антироссийских санкций, но, если не будет достигнуто большинства в этом вопросе, партия будет следовать общей позиции Евросоюза.

И тут Курц и Штрахе «не обещают никаких чудес». Так что само по себе превращение «друзей Путина» в правящую партию еще ничего не означает. Поскольку им противостоит целая огромная махина Евросоюза. Да и вопрос еще: сколько у них личной заинтересованности в лоббировании на европейской арене интересов России, будут ли они ради нее копья ломать? Ведь на переднем плане у австрийских правых внутренние проблемы страны и ее собственные проблемы с Евросоюзом, в которых российский вопрос мог бы стать при стечении обстоятельств только инструментом.

А в Италии? Италия в иной весовой категории, нежели Австрия. Но захочет ли и сможет ли она изменить расклад сил в Европе?

Весной следующего года в Италии парламентские выборы. Расклад сил перед ними не такой уж простой и ясный. Сегодня у власти Демократическая партия. В декабре прошлого года ее лидер, премьер-министр Италии Маттео Ренци, проевропейский политик, хотя и проявляющий некоторую симпатию к России, проиграл референдум, на который он поставил вопрос о конституционной реформе об отмене выборности членов Сената – в стиле общеевропейского постепенного отхода от выборности. Победу праздновали «Лига Севера» и популистское «Движение пяти звезд» Беппе Грилло, которое, наоборот, настаивает на сугубой демократичности, вплоть до принятия нормы все основные вопросы в стране решать референдумом. Последние, новички на политической арене, были готовы формировать правительство немедленно после проигрыша демократов, но президент Италии Серджо Маттарелла новых выборов объявлять не стал, а назначил премьером вместо Ренци другого члена Демократической партии – Пауло Джентилони, левого еврооптимиста, который ничем принципиально от старого премьера не отличается. Тем временем же в среде правых, ультраправых и популистов идут бурные процессы.

В июне в Италии прошли местные выборы, в ходе которых в 16 из 22 крупных городов победу одержала коалиция правоцентристских сил, в которую вошли «Вперед, Италия!» Сильвио Берлускони, «Лига Севера» и «Братья Италии» Джорджии Мелони  (еще одна националистическая консервативная партия, тоже выступающая за активное сближение с Россией).

Демократам и «Движению пять звезд» впечатляющих результатов добиться не удалось. А вот в ноябре, на региональных выборах в Сицилии «Движение пять звезд» показало блестящие результаты, набрав почти 35% голосов. От правоцентристской коалиции — «Вперед, Италия!», «Лиги Севера» (у каждой из этих партий по отдельности по 14%), «Братьев Италии»  и еще две региональные партий — во главе с Нелло Музумечи на выборах в Сицилии кандидата «Движения пяти звезд» Джанкарло Канчеллери отделили менее 5%, что означает резкий рост его популярности.

Потенциальные кандидаты в премьеры от правых и популистов — лидер «Движения пяти звезд» Беппе Грилло, лидер «Лиги Севера» Маттео Сальвини и… лидер «Вперед, Италия» Сильвио Берлускони. Берлускони — самая проходная фигура, он своего рода харизматик, хотя ему по суду запрещено избираться до 2019 года, он не теряет надежды. Сейчас в Европейском суде по правам человека слушается его дело об отмене решения итальянского суда. Рассмотрение дела началось в ноябре, по прогнозам будет продолжаться 6-8 месяцев и решение, скорее всего, не будет вынесено к парламентским выборам. Поэтому баланс сил и согласие в стане оппозиции крайне важен.

Все вышеперечисленные оппозиционные партии объединяет евроскептицизм. В случае с «Лигой Севера» — это понятно. Она — одна из западноевропейских ультраправых партий, для которых Евросоюз в большей или меньшей степени, – монстр. Среди них — упоминавшаяся выше австрийская партия Свободы, Альтернатива для Германии, французский Национальный фронт, голландская партия Свободы. Они объединяются во фракции «Европа наций и свобод» в Европарламенте и периодически собираются на свои встречи. Последняя прошла в позапрошлое воскресенье в Праге, где Марин Ле Пен заявила: «Я надеюсь, что мы свергнем ЕС изнутри. Мы должны вести себя как завоеватели… Евросоюз является катастрофическим институтом, из-за которого европейский континент движется к своей гибели… Европейские народы должны освободиться от оков ЕС».

От «Лиги Севера» на встрече присутствовал евродепутат Лоренцо Фонтана, и партия, включая ее лидера МаттеоСальвини, с таким подходом согласна. Вообще говорят, что Сальвини учится у Ле Пен и он явно ею восхищается:«Марин расшатывает систему, идет одна против всех. Им ее не остановить». Как и она, итальянский политик пророчит конец Евросоюза, выступает против глобализма и контроля над информацией, отмечает: «К сожалению, в Италии и Европе довлеет тотальный контроль над СМИ. Телевидение, пресса, интернет-ресурсы. Очень много изданий, которые финансируются, например, Соросом, финансовыми кругами в целях политкорректности. Им платят, чтобы представить единственную точку зрения».

Сальвини хочет видеть «Европу народов, отношения в которой построены на уважении. Европа, которая предпринимает немного действий, но правильных, которая защищает границы, борется с исламским терроризмом — находится в хороших экономических отношениях со всем миром. Однако при этом она не насаждает абсурдные решения против воли и права европейских граждан». Сальвини, как и Ле Пен и другие ультраправые, за традиционные ценности, против политкорректности. Причем здесь Сальвини в буквальном смысле «больший католик, чем папа римский». Он говорит: «Существуют серьезные противоречия внутри Католической церкви. Есть движение модернистов, а есть движение, привязанное к традиционным ценностям, идентичности, семье… В Италии, к сожалению, на данный момент большинство выступает за политкорректность, за принятие всех мигрантов в страну, за гей-союзы — даже тех положений, которые никогда не признавались в истории церкви. Поэтому у нас сложилась такая ситуация — епископы, которые конкретно выражают свою позицию в отношении определенной модели семьи и общества, оказываются в меньшинстве». И, как и все ультраправые, он против приема мигрантов и мультикультураризма.

Далее начинаются отличия от таких сподвижников, как Ле Пен. В экономике Ле Пен –  левая, а Сальвини — правый. Она опирается на рабочих, он — на предпринимателей (впрочем, его более всего поддерживают мелкие предприниматели). Точно так же, как Альтернатива для Германии. Сальвини за экономический либерализм и рынок, как и АдГ, Ле Пен за социальные гарантии. Важно еще и то, что Ле Пен – националистка, а Сальвини – регионалист: «Лига Севера» когда-то выступала за независимость северных провинций от Италии, а сейчас за федерализм. Две провинции севера Италии — Венето и Ломбардия, — где у власти «Лига Севера», уже проголосовали за автономию на рекомендательных референдумах.

Отношение к России у Ле Пен более рассудочное, а у Сальвини более эмоциональное, что мы уже видели. Он дважды посещал Крым и в немилости на Украине. Но как он сказал, вроде даже без иронии: «Я глубоко завидую Ле Пен из-за миллионов Путина. У нас тоже нет денег — мы не получили ещё ни одного рубля, ни евро». В кассе партии нет денег, Россия его не финансирует.

Добавим, что поддержка у Сальвини по оценкам социологов около 33%. Это не мало для ультраправого политика, но сам он, очевидно, без поддержки премьером не станет. Он пытается опереться на Берлускони, но одновременно заигрывает с «Движением пяти звезд».

«Пять звезд» — евроскептики, популисты, выступающие как и Сальвини против диктата Евросоюза и мультикультурализма с политкорректностью. При этом «Движение пяти звезд» входит в другую фракцию Европарламента, нежели «Лига Севера», — во фракцию «Европейские консерваторы и реформаторы», куда также входит британская Партия независимости Соединенного Королевства и, до недавнего времени, входила «Альтернатива для Германии», но была исключены за слишком радикальные высказывания в адрес мигрантов. Но основное отличие «Лиги Севера» и «Движения пяти звезд» вовсе не в степени радикализма, а в том, что «Пять звезд» – принципиальные борцы против коррупции.

«Пять звезд» возникли как партия без капитала, партия нового типа – интернет-партия. Она сложилась из тех, кто «лайкал» блоги писателя-сатирика Беппе Грилло. Партия шла во власть как движение против политического истеблишмента, не желающая мириться с переплетением в итальянской политике коррупции, криминала и истеблишмента. А значит, «Движение пяти звезд» и Сильвио Берлускони – несовместимы. Берлускони как-то сказал, что «Пять звезд» «еще более опасны, чем коммунисты в 1994 году… Они вызывают мою большую озабоченность, причем не как политика, а как итальянца. Если бы они пришли к власти, лучше всего было бы сменить страну».

Сальвини для «Пяти звезд» приемлем, но всерьез к флирту с Сальвини они вроде бы не относятся, считают, что он набивает цену перед Берлускони, и хотят идти на выборы отдельно. Это бесполезно, без союзников они останутся в оппозиции. Если все-таки они вступят в союз с «Лигой Севера», то победа их вероятна. Сальвини, кстати, неоднократно заявлял, что на следующий день после выборов он готов первым делом созвониться с руководством «Движения пяти звезд».

Россия явно допускает возможность такого альянса, судя по тому, что «Единая Россия» не оставила «Пять звезд» без внимания: договор о сотрудничестве заключен и с этой партией. Фактически весь правый и популистский спектр в Италии пророссийский.

Без союзников представить «Движение пяти звезд» в большой политике, на Европейской арене – сложно, они слишком прямолинейны и откровенны. Вероятно, в случае союза с «Лигой Севера» принципы последней будут доминировать. Но с большой вероятностью, что касается России, мы получим картину похожую на ту, что сегодня наблюдаем в Австрии – эти две партии просто не смогут пойти тараном на Евросоюз и де-факто подчинятся его требованиям. Сальвини многое поставил на русскую карту, Путина он идеализирует, но принципиально важного для него содержания, которое бы делало его борцом за интересы России, нет. Если Евросоюз сильнее на него надавит, он в качестве премьера Италии будет подобен Виктору Орбану, президенту Венгрии, который тоже не радуется санкциям против России, но поддерживает их, сопротивляется многим пунктам европейской повестки дня, но все-таки встраивается в современную Европу. Вес не тот, чтобы крушить основы.

Впрочем, есть важный аргумент против вероятности такого альянса: и Грилло, и Сальвини метят в лидеры. У Сальвини же есть надежда, что Берлускони, который видимо сам премьером стать не сможет, поставит на него. Как до того «Лига Севера» ставила на Берлускони. Впрочем, Берлускони еще тянет время, заявляя о том, что глава правительства Италии будет выдвинут по результатам выборов и станет им лидер самой успешной партии, показавшей лучшие результаты на выборах. Альянс Берлускони с Сальвини может быть очень успешен для последнего, поскольку в таком союзе за коалицию проголосуют многие избиратели, которые пока не принимают Сальвини всерьез, считают его болтуном, поскольку будут надеяться, что Берлускони сможет держать его под контролем. Отметим, что, по мнению некоторых наблюдателей, при Сальвини «Лига Севера» быстро отходит от относительно респектабельного облика, который их партия приобрела при ее основателе Умберто Босси, и «становится ближе к откровенным крикливым популистам». Вот тут авторитет Берлускони может быть очень важен.

При союзе с Берлускони Сальвини на первых порах вряд ли может быть слишком самостоятельным. Ему придется делать во многом то, на чем будет настаивать Берлускони. В том числе и касательно России и Европы.

А на чем будет настаивать Берлускони?

Вообще-то у Берлускони и его движения «Вперед, Италия» программы как таковой нет, это партия построенная вокруг харизматического лидера, а лидер этот может принять и волюнтаристское решение. Однако даже в тех ситуациях, когда убеждения Берлускони не совпадали или противоречили позиции США, итальянский премьер в практической политике, как надежный союзник «евроатлантистов», всегда оставался на стороне Европы и НАТО. Так было всегда, начиная с войны в Ираке, когда Берлускони сделал все, казалось, буквально все, чтобы не допустить ее начала, отговорить Джорджа Буша, но проявил себя верным союзником и вступил в нее. Поэтому с большой вероятностью на ультиматум Евросоюзу он не пойдет. Как в вопросе Еврозоны, так и по России он будет искать возможность компромисса.

К примеру, он намерен, не выходя из Еврозоны, вернуть итальянскую лиру только для внутренних расчетов, для обращения только внутри страны.

Какой компромисс может быть в отношении России?

Есть только два аргумента «за» то, что Берлускони будет решительно настаивать на отмене санкций. Первый — тот, что Сильвио – человек в целом верный, своих друзей не предает, как не предал Буша в Ираке. А с Путиным они, безусловно, друзья, многолетние, проверенные. Во-вторых, он стар, и на условности ему может быть уже наплевать. Он говорил, что «в том, что касается Украины, я совершенно не согласен с политикой Европейского союза и Соединённых Штатов, а также с мерами, принятыми НАТО. Жители Крыма разговаривают на русском языке, и они проголосовали на референдуме за присоединение к родной матушке России. Вводить санкции — неверное политическое решение». Он бывал в Крыму с частным визитом и распивал там с Путиным вино двухсотлетней выдержки. Когда-то, еще в 2014 году, в интервью газете Die Welt Берлускони заявил, что относится с пониманием к провозглашению независимости Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики.

За пророссийскую позицию говорят и интересы Берлускони в российской экономике, и их прочный, в том числе, экономический альянс с Владимиром Путиным. Столь прочный, что может, в принципе, перерасти и в политический союз. Так, осенью 2015 года он утверждал, как о том сообщила газета La Stampa, что Путин предлагал ему переехать в Россию и сделаться министром. Это те расклады, которые не просчитать однозначно. Но только в случае подобных, спрятанных от взоров публики раскладов Сальвино, если он выступит в союзе с Берлускони и станет премьером, может решиться сделать и действительно сделает то, что обещает: вывести Италию в одностороннем порядке из режима антироссийских санкций.

Во внутренней политике подходы Сальвини и Берлускони совместимы. Берлускони выступает тут как популист, обещая «уменьшить налоги до того минимума, как это только возможно, остановить нелегальную иммиграцию и выступить против европейских бюрократов и их тупых ограничений». Тут у Берлускони большой зуб на Европу: когда-то, осенью 2011 года на саммите «Двадцатки» в Каннах, Ангела Меркель с Николя Саркози пытались заставить итальянского премьер-министра Берлускони взять превентивный кредит МВФ в 80 миллиардов евро, а когда он наотрез отказался (приняв эту помощь, он подорвал бы суверенитет Италии, поставив её в зависимость от условий международных кредиторов), разыгралась международная интрига с целью «свержения» правительства Берлускони, и через неделю Берлускони вынужден был подать в отставку. (Об этом известно со слов экс-министра финансов США Тимоти Гайтнера). Эта история разве не могла поспособствовать резкому росту нонконформизма Берлускони?

Но вернемся к началу нашего разговора. То, что все-таки может сдвинуть равновесие и привести к слому антироссийской политики Евросоюза (а это само по себе будет очень сильным ударом по Евросоюзу, после которого он без реформирования уже не оправится), это та подоплека российско-итальянских отношений (если она есть!), которая может быть совершенно неожиданной. Уже то, что весь правый спектр в Италии пророссийский – весь!, и даже левые еврооптимисты (а они могут остаться у власти, только если правые совершат какую-то роковую ошибку) тоже по-своему благосклонны к нашей стране, подчиняются режиму санкций лишь под давлением, все это — само следствие некоего избирательного сродства.

Какого?

Ответ может быть самым неочевидным. Это только пример, и наверное курьезный, но, в конце концов, кому-то 2001-м в Италии пришло в голову в подружиться с Россией «Римами», попытаться составить союз Первого и Третьего Рима и, потратив на эту  идею солидную сумму денег, собрать симпозиум, на который свезти из России в общем-то очень разношерстную публику, отбором которой лично занимался такой ценитель России, как небезызвестный доктор Витторио Страда.

Что еще можно ожидать?

СВЕТЛАНА ЛУРЬЕ



Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...