Новости

Гонведы и ботокуды: восставшие из мрака

Заметки по Галиции

Первый в третьем тысячелетии выпуск известной «Книги рекордов Гиннеса» сообщил своим читателям и такую сенсационную новость: много более полувека (дольше, чем кто-либо другой на планете Земля) просидел на чердаке, скрываясь ото всех, некий Степан Ковальчук. И лишь после смерти сестры, кормилицы, слез оттуда – есть захотелось. 

Случай, достойный занесения в анналы психиатрии, но в известном смысле – характерный. Ибо «деревня Мончинцы, Украина» (как написано) – это село в Красиловском районе Хмельницкой области; окраина Галиции. А сам Степан представлял собой классический тип галичанина: «сухый» (худой), с блуждающей улыбкой, «трохы моторошный» (страшненький) с виду. 

Степан Ковальчук на чердаке дома своей сестры Мелании

Галиция все те годы, пока Ковальчук сидел на своём чердаке, была по большому счёту неким полупаразитом на теле государства. Вялым было её участие в освобождении страны от немецко-фашистских захватчиков. Без энтузиазма трудилась она на восстановлении разрушенного войной народного хозяйства державы. Никакой оставалась её роль в освоении космоса, индустриализации и интенсификации ведущих отраслей: никогда не просилась она «на передний край». И это бы ещё ладно: в семье не без урода, в родстве не без чёрта. Хуже, что, пока другие строили и созидали, Галиция терпеливо, на манер скорпиона, ещё и копила в себе злобу. 

Шевеление Галиции началось где-то в средине 1980-х: слабел Союз, что и вызвало новый прилив энтузиазма в рядах его откровенных врагов. Степану Ковальчуку оставалось добровольно отбыть в своём заточении ещё лет 15 (максимальный срок, который давали преступникам во времена УССР), а его земляки-галичане уже оживились и потянулись на Восток: автобусами, поездами, попутными автомобилями. 

Потекли они в центральные, восточные и южные области Украины – с торбами, доверху набитыми жёлто-блакитными флажками с трезубами, изготовленными методом шелкотрафарета (у нас в то время почти неизвестного, но на котором стоит 80, а то и 90 процентов рекламной полиграфии Запада), и значками с такой же символикой – пластмассово-металлическими. И год от года поток этих галичанских «туристов» возрастал. 

В фильме «Встреча на Эльбе» есть такой примечательный эпизод: советский офицер презентует американцу зажигалку, сделанную из патрона, знаменитую «катюшу». А тот ему – зелёную бумажку со словами: «Дарю тебе этот маленький вездеход». На эти «вездеходы» и были посажены тогда, в конце 1980-х, галичане. 

Чем ближе к 1991-му, тем гуще становился поток «торбешников». В их сумках, чемоданах и «саквах» добавились сине-жёлтые флаги – и листовки. В последних разъяснялось: все беды Украины – от «Москвы». Она-де и только она веками грабила малороссийский народ. Украина, писалось в подмётных листках, – «Європейська держава – за можливостями, московська колонія – в дійсності». Стоит только избавиться от этой зависимости, как наступит благоденствие. Это было густо-невежественной чушью, но так виделось с галичанского чердака.

Листовки из Яворова и Ровно, распространявшиеся на заре незалежности

Нельзя сказать, что эти «коммивояжеры» путешествовали по Украине беспрепятственно. Сотрудники милиции и КГБ «шерстили» поезда и останавливали на досмотр автобусы и автомобили, шедшие с западного направления. Изымали «недозволенную символику» и… отправляли непрошенных гостей обратно, составив мягкий протокол. А ведь были они очень похожи на тех, что шли в эти места во втором эшелоне немецких войск. Представляли собой лучшие кадры гитлеровской вспомогательной полиции на оккупированных территориях. Сгоняли людей на каторгу в Германию. Расстреливали партизан. И полвека после того боялись появляться в этих местах: вдруг узнают?.. Но увы: подросли новые поколения советских людей, от которых попросту скрывали преступления бандеровцев – в чаянии, что быльём оно порастёт… Ошиблись!

Их сразу же узнал бы галицийский писатель Иван Франко (тот, что ныне на 20-гривневой украинской купюре): «Да это же ботокуды!» (герои его одноименной сатирической поэмы, где он «подверг острой критике галицкое буржуазное мещанство за угодливое прислужничество австрийскому правительству, заклеймил продажничество и предательство украинских буржуазных националистов», как сказано в одном комментарии к его произведению). Те, кто, по словам Тараса Шевченко, «За шмат гнилої ковбаси, / У вас хоч матір попроси, / То оддасте».

Но не было уже среди сотрудников милиции и КГБ тех, кто извлекал «патриотов» в конце 1940-х из их схронов. Ведь пресловутые ОУН, УПА – не войска. Если попытаться найти исторические аналоги, то ближе всего к ним окажутся гонведы – карательные отряды, создававшиеся Францем Иосифом I, императором Австрии, а также королём Галиции и Лодомерии для усмирения непокорных. Гонведы – формально неправительственные образования – были «Правым сектором» XIX столетия; теми самыми «добробатами» вроде «Азова» и иных, что ныне на слуху. «Бывает нечто, о чем говорят: „смотри, вот это новое“; но это было уже в веках, бывших прежде нас» (Еккл., 1:10). 

Изначально созданные для расправ с очагами сопротивления восставших венгров вскоре после 1848 года, они прекрасно справлялись со своими задачами, «воюя» против безоружного населения; позже их активность была распространена и на другие районы Австро-Венгрии; любые карательные отряды в тех местах стали с тех пор называться «гонведами». Ни на что не годные против профессиональной армии, гонведы успешно подавляли любой мирный протест. Сравнишь их с нынешними «активистами» вроде «ультрас», либо скандально известного «Азова» и поймёшь – воистину ничто не ново под луной. 

Новые гонведы появятся позже, и путь им проложили, несомненно, ботокуды, вряд ли понимавшие, что их листовками, утратившими к тому времени свой изначальный смысл, будут подожжены два с половиной десятилетия спустя костры из покрышек на Майдане и устроена Хатынь одесского Дома профсоюзов. В пепел обратятся дома мирных жителей Донецка и Луганска, палевом для которых станут, образно говоря, горы печатной макулатуры, изданной в 1991 году от имени Президиума Верховного Совета Украины, который обещал сделать Украину «добрым общим домом для всех своих граждан», сулил партнёрство «в первую очередь с наиболее близкой нам Россией», подчёркивал заботу «о «русских, имеющих в парламенте Украины свыше ста народных депутатов», отрицал саму возможность «межнациональных распрей», ручался за «широкие возможности для развития языков и культур всех наций в Украине», гарантировал «особое уважение освободителям от фашизма». «Доброй матерью для всех её граждан» клялась стать она, Украина, – и что? Выполнено ли было хоть одно из этих обязательств? 

Листовка Президиума Верховного Совета Украины, 1991 г.

Махровая ложь была взята на вооружение «восставшими из мрака», которых на момент издания этой листовки набилось в верхние эшелоны власти Украины. И такое же враньё было положено краеугольным камнем в основание «нового государства». 

Галичане-ботокуды были назначены в качестве главных его строителей. Это технология разрушения государства, известная по крайней мере полтора тысячелетия. Прокопий Кесарийский описывает, как происходили назначения на должности в половине VI века, во времена правления Юстиниана I: «Отобрав негоднейших людей, он за большие деньги отдавал им для порчи должности. Ибо человеку порядочному или по крайней мере не лишенному здравого рассудка нет никакого смысла отдавать собственные деньги для того, чтобы грабить ни в чём не повинных людей. Получив это золото от тех, кто пришел с ним в согласие, он предоставил им возможность делать с подданными все, что им заблагорассудится. Тем самым им было суждено разорить все земли [отданные под их управление] вместе с их населением, с тем чтобы [им] самим в дальнейшем оказаться богачами». (Прокопий Кесарийский «Тайная история» гл. XXI, ч. 9-12). Назначенцев Юстиниана Прокопий характеризует так: «… дошло до того, что само название убийцы и грабителя стало обозначать у них предприимчивого человека». 

А по проложенным ботокудами тропам пошли гонведы XXI века… 

* * *

Вышедшие из мрака в него же неотвратимо и уходят. Лишь три года прожил на свету после смерти сестры, Мелании Тихоновны, спустившийся с мончинского чердака Степан Ковальчук. Признался перед кончиной: «Тяжелый грех взял я на свою душу...» Всё правильно: «Буде каяття, та не буде вороття» (будет раскаяние, но не будет возврата). Ветхая его хата оказалась никому не нужной. «Завещания Степан Тихонович не оставил. Сделали бы здесь музей, но на ремонт дома кооператив не имеет свободных средств», – жалуется местный руководитель. 

Мелкий ботокуд тоже ушёл в прошлое: иудины сребреники американского чекана, полученные за стояние, сидение и лежание на Майдане давно изъяты у него тарифомором и ценогеноцидом. Пляски закончились. Почти смыта дождями «патриотическая» жёлто-голубая раскраска мостов и столбов, автобусных остановок и урн. Флаги поистрепались. Транспаранты вроде «Бандера прийде – порядок наведе» лишь увеличили кучи мусора на улицах «украинского Пьёмонта» (Львова) и других галичанских городов. 

Крупный ботокуд пока держится: не все соки ещё высосаны им из тела захваченной Украины. Называет себя «успешным человеком», паразитируя на должности, которую «вдалося обійняти»: депутата, чиновника, какого-либо иного «керівника». Жирует на «отжатом», хотя и дышащем на ладан чужом «бизнесе», или кормясь от рейдерства и прямого бандитизма. Здесь ботокуд сливается с гонведом либо вовсе превращается в него: в обстановке чуть ли не повсеместно воцарившейся махновщины он пока ещё востребован. 

Любопытно, что в народной памяти те, давно ушедшие гонведы не сохранились: только в первоисточниках можно найти упоминание о них. Это тоже понятно: поклажа Истории велика, и не всякую дрянь несёт она в Вечность. Забудет когда-нибудь она и этих «героев», создавших Украине такую «славу».

Пётр Синченко