Новости

Испанский антифашист: На примере Украины видно, что мир сползает к войне

Испанские левые проводят информационную кампанию, чтобы донести правду о событиях на Украине

Антифашистским силам на Украине и во всей Европе необходимо объединиться, чтобы создать единый фронт против повсеместно поднимающего голову фашизма. Современный мир вошёл в период системного кризиса, который неизбежно закончится большой войной, о чем наглядно свидетельствуют события на Украине. Чтобы противостоять этому, европейские левые должны возродить массовое антивоенное движение восьмидесятых, которое успешно сопротивлялось наступлению НАТО. Об этом и о многом другом рассказал в интервью изданию Украина.ру ветеран испанского и латиноамериканского левого движения Франсиско Абад.

Франсиско Абад родился в Москве в семье политэмигрантов-республиканцев и участвовал в подпольной борьбе против режима Франко в составе испанской секции Объединенного секретариата Четвертого Интернационала. Вместе со своей супругой, советской украинкой, он активно поддерживает антифашистов Украины, передавая свой опыт постсоветским левым.

 

 

Испанский антифашист: На примере Украины видно, что мир сползает к войне

© Facebook, Francisco Abad Франсиско Абад с супругой | Перейти в фотобанк

- Франсиско, сейчас вы готовите информационную акцию в городе Хихон, чтобы рассказать испанцам правду о том, что происходит на Донбассе и на Украине. Расскажите об этом подробнее. Кто примет участие в вашем мероприятии? О чем вы будете говорить? Знают ли о ситуации на Украине простые испанцы?

— Это уже не первая и, будем надеяться, не последняя акция в поддержку антифашистов Донбасса. Мы регулярно проводим контрпропагандистские мероприятия, которые говорят людям правду наперекор официальной позиции западных СМИ. Это важно, поскольку большая часть испанцев в основном узнают украинские новости из ангажированных источников, лояльных официальному Киеву.

Наша акция готовится при поддержке местного профсоюза. Благодаря его поддержке мы сможем рассказать о Донбассе в муниципалитете Хихона и, таким образом, получим возможность выйти на более широкую аудиторию. Как правило, эти акции собирают в нашем городе 20-30 человек. Это кропотливая работа, муравьиный труд — надо понемногу привлекать людей, объясняя им важность происходящих на Украине событий.

- Какой эффект дают такие собрания?

— В первую очередь мы пытаемся повлиять на людей, связанных с профсоюзами, с левым движением Испании и Астурии, то есть с теми, кто разбирается в политической ситуации. Простые испанцы мало интересуются тем, что происходит вне нашей страны. Как я уже говорил, крупные медиа — такие как El País в Испании, Le Monde во Франции, или The Guardian в Великобритании — формируют у европейской аудитории общий прозападный взгляд на события в Сирии, Йемене и на Украине. Кроме того, они искажают информацию о Латинской Америке — в  частности, о событиях в Венесуэле. У этих СМИ нет даже тени объективности — это чистой воды пропаганда.

- Однако на днях испанские телеканалы показали в общенациональном эфире скандальный сюжет об украинских националистах, которые готовят украинских детей к убийствам в специально созданных для этого лагерях. Почему это произошло? Меняется на Западе отношение к происходящему на Украине? 

— Я не исключая, что в сфере новостей наблюдается некий сдвиг, — сообщения о преступлениях украинских националистов потихоньку накапливались в течение пяти лет. И их накопилось столько, что украинских ультраправых уже нельзя представить в виде ни на что не влияющих маргиналов. Об этом любят говорить защищающие украинский режим либералы — по их словам, нацисты есть и в России, и в странах Европы. Но они же не ходят там вооружёнными отрядами по улицам, не громят офисы газет, не ловят оппозиционеров, как на Украине, где несогласных могут избить, убить, облить кислотой, а то и попросту сжечь, как это случилось 2 мая в Одессе.

- Другими словами, демонстрация фильма о националистическом лагере все же свидетельствует о какой-то тенденции? 

— Да. Я думаю, у нас настраиваются на то, что Порошенко может не выиграть выборы, если они состоятся. Ведь чтобы удержаться у власти, он может отменить эти выборы под предлогом военного положения и обострения на Донбассе. Поэтому европейский истеблишмент наконец начал замечать украинскую коррупцию, как бы намекая, что на пост президента Украины может претендовать другая фигура — например, Юлия Тимошенко, или же кто-то другой. Но они не собираются менять политической курс страны, а просто допускают возможность проводить его руками других политиков.

Признание реального положения дел на Украине поставило бы под угрозу политические карьеры многих европейских политиков. Поэтому Евросоюз не хочет признать, что эскалация конфликта на Украине началась именно из-за Майдана. Это исключено. Они настолько активно поддерживали Майдан на информационном уровне, вложили в него столько средств, что им придется отбеливать его до конца.  

- Однако такие сюжеты на испанском телевидении могут говорить о том, что европейцы готовы списать все просчёты и трагические последствия Майдана на Порошенко?

— Да, скорее всего. Не стоит думать, что Запад прозрел, хотя нужно понимать, что само понятие «Запад» весьма условно, и он очень многогранен в политическом смысле. Европейская комиссия, НАТО и прочие надправительственные структуры не поменяют своего курса относительно Украины. Не нужно ждать, что Меркель публично покается за поддержку Майдана из-за того, что немецкие СМИ все чаще публикует скандальные репортажи об украинских нацистах. Хотя европейские власти прекрасно знают об этих фактах.

- Вы в своё время боролись в подполье с режимом диктатора Франко в составе массового движения антифашистского Сопротивления. Ваша борьба увенчалась тогда успехом. Насколько полезен этот испанский опыт для Украины, где большая часть населения тоже не питает большой любви к ультраправым?

— Когда мы проводили подпольную борьбу против диктатуры, у нас не было никаких легальных левых организаций — они появились лишь после смерти Франко. Все левые и демократические партии должны были работать в подполье, используя чрезвычайно ценный для нас опыт российских большевиков. Борьба против режима была долгой — она началась еще в 50-х годах, а Компартия стала работать в подполье сразу после Гражданской войны. Ее жертвами стали многие антифашисты.  

Но нужно понимать — если в Испании шла кровопролитная война, а затем установилась открытая фашистская диктатура, на Украине произошло нечто другое. Ведь до Майдана в вашей стране был мир и существовал более-менее демократический политический процесс. И вдруг всё рухнуло, застав множество людей врасплох. Сейчас они не всегда понимают, как бороться против режима, хотя недовольство экономической ситуацией постоянно растет, и это может способствовать возрождению запрещенных левых.  

- Сейчас, после их запрета, нишу социального протеста захватывают все те же националисты.

— Совершенно верно. Украинские ультраправые активно используют социальную демагогию. Это вообще в традициях всех фашистских движений — они нередко используют социальную риторику, но это не более чем демагогические приёмы.

- Насколько это опасно? Могут ли люди поверить крайним националистам, допустив их к вершинам власти?

— В случае Украины я сильно сомневаюсь в такой возможности. Нацисты находятся под контролем власти, которая не удержалась бы без поддержки бандформирований фашистского толка. Политики, чиновники и спецслужбы тесно связаны с ультраправыми — это не является для кого-то секретом.  

Кроме того, украинские нацисты продемонстрировали неспособность создать единую партию с единым лидером, а это связано с тем, что многие из этих вооружённых нацистских формирований зависят от разных спонсоров-олигархов. Радикальные правые группировки конкурируют между собой на политическом рынке, активно сотрудничают с преступным миром. И это влияет на ситуацию в стране, где постепенно усиливается беспредел, бесправие, насилие и политический хаос.

Чтобы противостоять наступлению правых, необходимо работать над созданием массового движения социалистического толка, в которое вошли бы активисты различных организаций. То, что осталось от  комсомола, то, что осталось от КПУ и Соцпартии. Мои симпатии принадлежат организации «Боротьба» («Борьба»), и я поддерживаю с ними информационную связь.

- Вы хорошо разбираетесь в политической ситуации на Украине.

— Моя жена Лидия родом с Полтавщины. Мы ежедневно следим за украинскими СМИ, за популярными политическими блогерами, чтобы находиться в курсе текущих событий. В частности, мы интересуемся позицией националистов, чтобы знать, как идут дела в их лагере. Сейчас среди украинских правых чувствуется деморализация и раздрай. Патриотически настроенные либералы начинают бояться своих вчерашних нацистских друзей по Майдану. Социальный кризис раздувает недовольство множества украинцев, и в среднесрочной перспективе этот ветер будет дуть в наши паруса.

- Другими словами, у левых на Украине снова появятся перспективы?

— Появятся, я в этом уверен, исходя из объективного анализа развития ситуации.

- В Испании традиционно сильны движения за независимость — Каталония, Страна Басков, Астурия, Галисия требуют независимости или большей самостоятельности от Мадрида. Можно ли провести здесь какие-то параллели с Украиной? Сегодня жителей Донбасса называют сепаратистами, но если вспомнить период распада СССР, несложно увидеть, что украинские националисты сами активно выступили в то время за сепаратизм.

— Власти испанского государства до сих пор пытаются игнорировать многонациональный характер страны. Хотя она никогда не была такой, какой, к примеру, является Польша, где все поляки и все католики. Та же Каталония имеет огромный пласт собственной государственной истории. Борьба за права различных исторических областей получает сейчас все более острый и социальный характер. И предыдущее консервативное правительство пыталась противостоять этому с помощью мобилизации крайне правых сторонников «едино-неделимой Испании».

Испанский антифашист: На примере Украины видно, что мир сползает к войне

© РИА Новости, Хавьер Луэнго | Перейти в фотобанк

 



 

Между тем углубление социального и экономического кризиса приобретает сейчас сумасшедшие темпы. Иногда я вижу на российских каналах выступления либералов, которые испытывают к Европе религиозное отношение, считая ее чем-то вроде земного рая. Но, когда ты живёшь здесь, понимаешь, что это не имеет никакого отношения к европейским реалиям. В Западной Европе, особенно в странах южного пояса Евросоюза, постоянно углубляется социальный кризис. Миллионы людей теряют работу, а субсидии давно урезаны в рамках неолиберальных реформ. Размер социальной субсидии составляет сейчас около 360 евро, а средняя цена съёма квартиры в нашем городе колеблется между 400 и 500 евро. Представьте себе, в каких условиях живут получающие субсидии семьи.

- Ситуация в ЕС тоже ухудшается?

— Она будет ухудшаться везде, поскольку сегодня мы имеем дело с глобальным экономическим кризисом. Это структурный кризис — он уже не является ситуативным и временным, какими были кризисы 70-х или 80-х годов прошлого века. Поэтому велика опасность войны — ведь рост военной напряжённости отражает тот факт, что мир находится в тупике.

В этих условиях европейские левые должны бороться за разрядку и заново воссоздать антивоенное, антиимпериалистическое движение против войны и НАТО, которое существовало у нас до начала девяностых годов. Это очень важный момент. Нам четверть века говорили о том, что НАТО как будто бы везде защищает свободу и демократию, но украинский пример как раз говорит о том, что НАТО создаёт условия для новой войны в Европе.

То же самое происходит в Сирии, в Йемене, в Венесуэле. На всём земном шаре, во всех текущих конфликтах присутствует один ключевой игрок — США и подконтрольные ему натовские структуры. На сегодняшний день США выполняет функцию, которую прежде выполняла Британская колониальная империя, выступая главным военно-политическим центром глобального капитала.

- Не случайно Украину активно пытаются втянуть в НАТО, выделяя большие деньги на пропаганду.

— Я помню, как втягивали в НАТО Испанию. Нам говорили: надо войти в НАТО, чтобы мы смогли войти в Европейский союз, а ЕС — это единственный путь прогресса. В то время испанские левые проводили активную кампанию протеста, добились проведения общенационального референдума и проиграли его благодаря социалистам, которые сначала поддерживали протест против вхождения в НАТО, но затем вошли в правительство и резко изменили свою позицию. Мы мобилизовали на антинатовские протесты миллионы людей, провели миллионные демонстрации. И если бы не предательство социалистов, Испания не была бы сегодня членом этого военного блока.

- Украинские сторонники вступления в НАТО тоже говорят, что это нужно для вступления в Евросоюз.

— Это та же пропагандистская схема — с той разницей, что времена изменились, и никто всерьез не верит, что Украина может когда-либо стать членом Евросоюза.

- Вы сказали, что ваша супруга Лидия родом с Полтавщины. Как это повлияло на ваш интерес к Украине, на знание языка?

— Лидия из украинскоговорящей семьи, и я немного выучил украинский — точнее его полтавскую версию. Даже общался на нем с тещей.

- Полтавский диалект — это и есть самый правильный украинский.

— Вообще-то да. Хотя сейчас националисты пытаются изменить нормы литературного украинского языка, чтобы сделать его максимально отличным от русского. На это же направлены нелепая мифологизация украинской истории. Все это направлено на то, чтобы выкорчевать наследие идеологии советского интернационализма с равноправным отношением к представителям всех народов. Мы с женой уехали на Запад до распада СССР, однако считаем себя советскими людьми, так что для нас было естественно отозваться на трагические события, которые развернулись в последние годы на нашей родине.

- Сейчас выросли новые поколения, которые не помнят советской жизни.

— Не просто не помнят — часто они имеют о ней совершенно искаженные представления. Молодые люди могут доказывать вам, что во времена СССР украинский язык якобы был под запретом, хотя существуют книги, песни, фильмы, газеты. На украинском языке печатали произведения советских писателей, на него перевели практически все шедевры мировой литературы. Эти книги стоят у нас дома на полке, так что нам смешно и грустно слышать нелепые обвинения националистов. Становится ясно, какую громадную пропагандистскую работу проделали в эти годы наши враги, чтобы переписать историю и стравить между собой дружественные прежде народы.

- Однако вы сохраняете исторический оптимизм и помогаете украинским рабочим в борьбе за мир, демократию и трудовые права.

— Нельзя сидеть сложа руки. Мы стараемся координировать свои действия с единомышленниками в других городах Испании и в других странах Евросоюза. Так, в частности, движение против войны на Донбассе развивается в Греции, Италии, Германии и не только.

К сожалению, наш общий враг прекрасно организован, а левые растеряли прежние традиции солидарности. Во время гражданской войны в Испании сюда приехали на помощь более 50 тысяч добровольцев интербригад, включая известных писателей и общественных деятелей из Европы и США. Очень важно воссоздать в Европе этот единый антифашистский фронт, поскольку ультраправые поднимают голову не только на Украине, но и в Европейском союзе. Благо, их очень вдохновляет опыт националистического переворота в Киеве.

 

Загрузка...

 

Конечно, эта задача крайне сложна. Но мы пытаемся что-то сделать. Антифашистским силам надо объединяться.

Андрей Лубенский

Загрузка...
Загрузка...