Новости

Не сошлись характером: браки и разводы сурового Средневековья

Технически и юридически бо́льшая часть жизни средневековой женщины проходила под покровительством мужчины. Сначала это были отцы или братья, а потом мужья и даже сыновья.

Но не всё так просто. И средневековое общество знало множество исключений, относящихся, правда, больше к высшим слоям общества. Женщины вполне могли наследовать земли, титулы и должности своих отцов и мужей.

Воспетая французским писателем Морисом Дрюоном графиня Маго Артуа была первой женщиной — пэром Франции. И таким пэром, каким не всем мужчинам удавалось быть.

Её современница, французская принцесса Изабелла, свергла с трона своего мужа — короля Англии Эдуарда II, за что получила прозвище Французская Волчица. Правда, потом она была отрешена от власти своим сыном Эдуардом III, но всё равно до самой смерти оставалась богатейшей женщиной в Англии.

Маргарита Анжуйская

 



 

Ещё одна француженка — Маргарита Анжуйская — много лет участвовала в гражданской войне в Англии (так называемой войне Алой и Белой розы) отстаивая права на трон своего мужа и сына.

Никола де ла Хайе унаследовала от отца множество земель как в Англии, так и во Франции. Женщина лично была одним из шерифов в Линкольншире и констеблем королевского замка в Линкольне. В этом замке во главе собственной дружины она дважды успешно отбивалась от захватчиков. Пережив всё, включая двух мужей и попытку детей и внуков отжать у неё квартиру в сталинке поместья и замки, Никола официально сложила с себя все военно-административные и судебные посты в возрасте 76 лет. После чего удалилась на покой.

Многие гильдии и цеха позволяли жёнам и дочерям наследовать места в них и сохранять семейное ремесло и торговлю. В результате существовали даже женщины-кузнецы и оружейники!

Некоторые добивались на коммерческом поприще огромных успехов. Маргарет Расселл из Ковентри настолько успешно вела торговлю, в том числе со странами Европы, что стала богаче доброй половины английских баронов. Маргарет ссужала деньги королям и лично набирала и финансировала военные отряды.

Брак по принуждению

Большинство средневековых браков заключались из имущественных и практических соображений. А дворянство так и вовсе было окутано сетью брачных союзов и участвовало в бесконечной игре, чтобы организовать выгодную партию для своих, как правило многочисленных, отпрысков. Молодые люди (обоих полов) зачастую были заложниками родительской воли и политико-экономических обоснований брака.

Но бывали и выдающиеся исключения.

Марджори, графиня Каррик, стала завидной невестой в возрасте трёх лет, когда унаследовала богатое, стратегически важное графство. В возрасте 15-ти лет по настоянию опекуна — короля Шотландии Александра III — её выдали замуж за Адама Килконкухара. Адам владел множеством земель как в Шотландии, так и в Англии и был дружен не только с Александром III, но и c будущим королём Англии Эдуардом I. Жених был старше невесты на 20 лет.

Марджори графиня Каррик

Вскоре вместе с Эдуардом Адам Килконкухар отбыл в восьмой Крестовый поход, во время которого умер от болезни в палестинской Акре.

Известие об этом юной вдове принёс год спустя другой участник похода — 18-летний шотландский дворянин Роберт Брюс, сын лорда Аннандейла и Кливленда.

Девятнадцатилетняя Марджори как раз охотилась в окрестностях своего родового гнезда — замка Торнберри, когда Брюс приехал с этой новостью. Весть о смерти мужа не слишком расстроила графиню: их брак был недолгим и большую его часть супруги провели порознь и без особой любви. Однако дальнейшее обернулось известным сексуальным скандалом.

Грустно поразмыслив о своём новообретённом статусе, овдовевшая графиня приказала своим людям разоружить и схватить Роберта Брюса.

Кричащего и брыкающегося рыцаря притащили в замок и бросили в темницу. Там ему сообщили: отсюда у него только один выход — через спальню графини.

По тогдашним шотландским законам незамужним мужчине и женщине было достаточно без свидетелей провести ночь под одной крышей, и независимо от того, было между ними что-то или нет, они считались женатыми. Священник лишь формально закреплял союз.

Через 15 суток сидения в подвале Роберт Брюс согласился на условия Марджори и стал женатым человеком.

Конечно, в этой истории даже современники видели второе и третье дно, а не только вопиющий случай харрасмента и едва ли не сексуального насилия со стороны графини.

Молодые богатые вдовы тоже были дефицитным товаром. Не приходилось сомневаться, что Александр III приложил бы все усилия, чтобы выдать графиню (и её поместья) за какого-нибудь другого своего стареющего сподвижника. Возможно, Марджори таким образом просто решительно взяла судьбу в свои руки? В конце концов Брюс был тоже родовит, небеден и хорош собой.

Многие подозревали и банальный сговор с самим Брюсом. Не то чтобы он сильно-то и упирался, если вообще его куда-то тащили. Брюсы были королевских кровей с далеко идущими планами. Этот брак сильно разозлил короля Шотландии, и, обвинив во всём сумасшедшую хищницу Марджори, супруги отводили от себя часть молний. Новоиспечённой чете пришлось выплатить солидный штраф, но брак признали законным.

Союз Марджори и Роберта был счастливым и многодетным. Их старший сын, тоже Роберт Брюс, стал одним из величайших королей Шотландии.

Развод и девичья фамилия!

Муж Марджори, к слову, имел полное право сразу же подать на развод. Брак по принуждению входил в довольно короткий список легальных причин для расставания супругов.

В этом списке также фигурировали двоежёнство (сюда включалась и помолвка с кем-либо ещё), близкородственные и духовные связи (к примеру, крестные родители), слишком юный возраст, тайные браки и браки с целью обмана. Венчали этот перечень преступная деятельность мужа и его импотенция. Кроме того, если один из супругов отсутствовал и не подавал о себе вестей семь лет, то его признавали умершим, а второго супруга — свободным.

Бракоразводные процессы велись в церковных судах и были долгим и дорогим делом, доступным лишь богатым дворянам и горожанам. К тому же требовалось множество доказательств и присутствие свидетелей, чтобы подвести причину развода под куцый вышеперечисленный список оснований.

Неудивительно, что импотенция была одной из самых легко доказуемых причин для развода. Если мужчина не мог исполнить супружеский долг, то его жена была совершенно свободна вынести эти вопросы в публично-правовую плоскость.

Наставления 12-го века предлагали несколько вариантов действий в таких случаях.

Первый предусматривал полноценный «тест-драйв» в присутствии свидетелей.

«Да будут мужчина и женщина уложены в одну кровать, а вокруг них соберутся свидетели из числа благонравных женщин. И если на протяжении многих ночей мужчина будет найден таким же бесполезным, как если бы он был мёртв, то женщина может получить развод».

Свидетелями (и экспертами) часто были не только женщины, но и мужчины. Причём — официальные или облачённые духовным саном лица.

Нередко возникали казусы. Например, женщины часто комментировали происходящее и тем самым влияли на процесс. Во время одной из таких процедур в Реймсе жена на каждое заявление мужа, что вот-вот всё будет в порядке, едко отвечала, что «из её опыта, им некуда торопиться». Отчего все присутствовавшие эксперты хохотали до упаду.

 


Загрузка...

 

Второй вариант предусматривал осмотр мужчины «дюжиной благонравных замужних женщин» (которые, вероятно, должны были быть вполне в курсе, чего куда). К членам «комиссии» позже добавился дипломированный врач.

В 1292 году жена некоего Уолтера де Фонте подала на развод в епископальный суд Кентербери на основании импотенции супруга. Уолтера осмотрели 12 женщин «честного нрава и добропорядочной жизни», которые под присягой свидетельствовали, что его «жизненный орган» бесполезен.

Иногда этот процесс немного выходил из-под контроля. В 1433 году во время аналогичного осмотра некоего Джона одна из членов «комиссии» немного увлеклась выполнением своего гражданского долга «оголив свою грудь и нагрев руки над очагом, она попыталась разжечь огонь страсти в его чреслах, хватая его за X и Y и массируя их, при том страстно целуя ответчика». На основании этого поведения Джон попробовал признать процедуру недействительной, но все свидетели единогласно «прокляли Джона за то, что тот, очевидно, не может служить должным образом своей супруге». Протест ответчика был отклонён.

Довольно грустный способ попасть в исторические хроники.

Средневековье было тяжёлым, опасным и жестоким временем. Но даже в ту эпоху некоторые женщины умело боролись за свои права. И могли получить удовольствие от процесса.

Кирилл Копылов

Загрузка...
Загрузка...