Новости

Разгром "лесных братьев"

Латвийский сейм одобрил законопроект, уравнивающий ветеранов Великой Отечественной войны и "лесных братьев", а также эсэсовцев, воевавших на стороне Третьего рейха. Дескать, те и другие воевали за Латвию. Однако, как свидетельствуют рассекреченные документы из архивов ЦРУ и ФСБ, это не совсем так: в действительности бывшие легионеры Ваффен-СС сражались сначала за Германию, а потом — в интересах ЦРУ. Стратегия "Да, это сукин сын, но это наш сукин сын" была придумана американцами вовсе не сегодня. Ещё во время Второй мировой войны, когда советские и американские солдаты братались на Эльбе, в Вашингтоне уже строили планы того, как использовать эсэсовцев против своих "союзников".
https://nstarikov.ru/wp-content/uploads/2017/11/Poster_LatviyaTSRU-1280x500.jpg
22 мая 1945 года. Латвия.

Спать хотелось невероятно, но два года в разведбате приучили сержанта Николая Ивантеева бодрствовать круглые сутки в любых условиях — особенно если сидишь в "гнезде" на вершине огромной берёзы. Потерев руками замёрзшие щёки, Ивантеев потянулся, и вдруг где-то вдалеке завыл волк — в брошенных хуторах и сёлах эти хищные твари плодились со страшной силой. Ещё по безлюдным сёлам прятались недобитые гитлеровцы и полицаи, и приходилось держать ухо востро — даром что война уже закончилась.

И вдруг он услышал тихое чавканье — кто-то шёл внизу по болотистому лугу.

В этот момент суровый северный ветер разогнал косматые тучи и в призрачном лунном свете сержант Ивантеев увидел колонны немецких солдат.

Их было много — несколько сотен или даже тысяча. В полном молчании они, словно какое-то воинство мертвецов-призраков, шли через луг, обтекая с двух сторон невысокий холм, где находился наблюдательный пункт советских разведчиков. Причём некоторые эсэсовцы шли так близко, что Ивантеев мог различить свастики и зигзаги рун на касках.

Сбросив с себя оцепенение, сержант Ивантеев бросился к телефонному аппарату, установленному прямо в наблюдательном "гнезде".

— Первый, первый, — прошипел он в трубку. — Вызывает "Памир"! Докладываю: вижу немцев.

https://static.life.ru/posts/2017/10/1055767/f83e081f915dd18c3589948ef36461f4__1300x.jpg

Коллаж © L!FE Фото: © РИА Новости / Михаил Трахман, Flickr Creative Commons

— "Памир", и много там у вас немцев? — откликнулся сонный связист.

— Около пяти сотен солдат и офицеров, все в эсэсовской форме. Каков будет приказ?

В штабе 423-го стрелкового полка к донесению сержанта Ивантеева отнеслись очень серьёзно. Это ведь только в газетах война в Европе закончилась 9 мая 1945 года с подписанием капитуляции Германии, но в Прибалтике боевые действия шли как ни в чём не бывало — в Курляндском котле с отчаянием крыс, загнанных в угол, ещё сражались эсэсовцы, и небольшие отряды всё время умудрялись просачиваться сквозь заслоны и заградотряды.

Уже к утру несколько сотен эсэсовцев, оказавшихся солдатами 6-го корпуса СС, были окружены красноармейцами. После непродолжительной перестрелки выжившие эсэсовцы побросали оружие.


Вальтер Крюгер (в центре). Коллаж © L!FE. Фото © Wikimedia Commons/German Federal Archives

И тут офицеров Смерша ждал сюрприз — среди мёртвых тел они обнаружили и труп самого обергруппенфюрера Вальтера Крюгера, командира 6-го корпуса СС — судя по всему, не желая сдаваться в плен, он застрелился из своего люгера. В кармане генеральской шинели обнаружили пакет с секретными документами — видимо, в спешке Крюгер просто позабыл о нём.

Документы тут же были отправлены в Москву — как выяснилось, Крюгер пытался переправить на Запад список сети диверсионных групп, которую гитлеровцы оставили в тылу советских войск.

"Лесные братья" как миф

Если почитать нынешние латышские газеты, то может сложиться впечатление, что в 1945 году все латыши от мала до велика, включая грудных детей и седых стариков, с вилами наперевес пошли в "лесные братья" бить чекистских оккупантов. Однако первое, что нужно знать о "лесных братьях" в Прибалтике, — это то, что их не существовало в реальности. По крайней мере, оставшиеся в тылу советских войск немецкие диверсанты сами себя так никогда не называли.

Сам этот термин — "лесные братья" — впервые появился в Российской империи в начале XX века, когда во время революционных волнений 1905–1907 годов в Лифляндской и Курляндской губерниях — то есть, на территории нынешней Латвии — появились некие "партизаны". Пока в Риге и Ревеле бастовали рабочие, в сельской местности под шумок началась волна грабежей и погромов в помещичьих усадьбах. По подсчётам полиции, местные банды тогда совершили до 400 грабительских акций, включая нападения на чиновников полиции и почтовые кареты, перевозившие жалованье для рабочих. Разумеется, после революции эта криминальная статистика была взята на вооружение советским агитпропом, превратившим грабителей в эдаких народных Робин Гудов, а погромы — в "нарастание революционной борьбы".

Уже во время Второй мировой войны советский миф о "лесных братьях" в Прибалтике зажил своей самостоятельной жизнью — в пику советской пропаганде "лесными братьями" стали именовать и коллаборационистов, входивших в оккупационную администрацию Третьего рейха, и диверсионно-разведывательные подразделения абвера и вермахта.

Например, в Эстонской ССР действовали не какие-то стихийно созданные партизанские отряды сопротивленцев, но военизированная организация "Омакайтсе" (то есть "Самооборона") — эстонские каратели, служившие гитлеровской Германии. Во время нацистской оккупации Эстонской ССР члены "Омакайтсе" занимались уничтожением евреев, несли караульную и конвойную службу в концлагерях, проводили облавы на партизан и окружённых советских военнослужащих. Именно из членов "Омакайтсе" была создана 20-я дивизия СС "Эстланд".

Антанас Сметона. На открытии скаутского клуба (в центре). Коллаж © L!FE. Фото © Wikimedia Commons

В Литовской ССР под видом партизан действовала "Армия свободы Литвы", насчитывавшая в 1945 году до 30 тысяч человек. Костяк свободовцев — так они сами себя называли — составляли так называемые таутинники, боевики Литовского национального союза, которые ещё накануне Второй мировой войны организовали в Литве военный переворот и привели к власти местного "фюрера" — Антанаса Сметону. Немцы активно помогали созданию АСЛ — под патронажем вермахта было даже создано офицерское училище свободовцев. Но жёсткая военная иерархия АСЛ не пошла ей на пользу — к началу 1947 года органы НКВД ликвидировали два состава главных штабов, десятки окружных и уездных командований, после чего деятельность АСЛ самоликвидировалась.

В Латвийской ССР под видом партизан и вовсе действовали диверсионные группы немецкой разведки, оставленные здесь после разгрома гитлеровских войск.

Формирование латышских вспомогательных сил вермахта началось сразу же, как немцы в июле 1941 года вошли в Ригу, а захваченные прибалтийские земли были объединены в рейхскомиссариат "Остланд". Если у кого-то из латышей и были иллюзии, что Гитлер им принёс освобождение, то эти заблуждения развеялись в первые же недели оккупации, когда немцы разоружили подразделения "айзсаргов" — латышского ополчения, которое, желая выслужиться перед новыми хозяевами, стреляло в спину отступающим частям Красной армии, в том числе и латышским военным из старой латышской армии, которые были преобразованы в 24-й корпус РККА. С ещё большим энтузиазмом они расстреливали коммунистов и евреев. Но немецкий порядок не допускал самодеятельности, и вермахт разоружил "айзсаргов", из которых позже немцы сформировали охранные и полицейские батальоны, подчинявшиеся оккупационной администрации. Также из добровольцев-латышей были сформированы и две дивизии СС — 15-я и 19-я.

Коллаж © L!FE Фото: © Wikipedia.org Creative Commons, flickr / Bernt Rostad

Те же латышские националисты, кто всерьёз рассчитывал, что немцы за красивые глаза сделают им новое государство, довольно скоро оказались либо мертвы, либо в концлагерях, как это, например, случилось с бывшим руководителем националистической организации "Перконкруст" Густавсом Целминьшом, патентованным нацистом, получившим от немцев звание зондерфюрера. Но стоило Целминьшу написать несколько статей о свободной и независимой Латвии, как его тут же арестовали и отправили в концлагерь Дахау в Германии.

Объявление в газете Тевия: "Все национально думающие латыши — перконкрустовцы, студенты, офицеры, "айзсарги" и другие, кто хочет активно участвовать в очищении нашей земли от вредных элементов, могут записаться у руководства команды безопасности. Улица Валдемара, 19, с 9 до 11 и с 17 до 19 часов". Виктор Арайс. Коллаж © L!FE. Фото © Wikimedia

Объявление в газете Тевия: "Все национально думающие латыши — перконкрустовцы, студенты, офицеры, "айзсарги" и другие, кто хочет активно участвовать в очищении нашей земли от вредных элементов, могут записаться у руководства команды безопасности. Улица Валдемара, 19, с 9 до 11 и с 17 до 19 часов". Виктор Арайс. Коллаж © L!FE. Фото © Wikimedia Commons

Зато бывший лейтенант рижской полиции Виктор Арайс сделал при немцах блестящую карьеру. Он создал из бывших "айзсаргов" команду, которая с одобрения немцев осуществляла погромы и расстрелы евреев, коммунистов и прочих инакомыслящих. Заняв особняк еврейского банкира Шмуляна, Арайс превратил его в личную тюрьму, куда со всего города свозили молодых еврейских женщин — сначала на пьяные оргии с групповыми изнасилованиями, а затем — на расстрел.

За готовность выполнять самую грязную работу Арайс получил в вермахте звание штурмбаннфюрера, а его команда садистов и озверевших психопатов стала образцом и для остальных полицейских батальонов, которые участвовали в массовых расстрелах узников рижского гетто и в карательных рейдах в сёла Белоруссии.

Конечно, были и другие латыши. В 1942 году был создан штаб партизанского движения во главе с майором Артуром Спрогисом, который уже в те годы считался живой легендой советской разведки. Он участвовал в поимке Бориса Савинкова, воевал в Испании, где водил в разведку самого писателя Эрнеста Хемингуэя, а уже на пятый день Великой Отечественной войны организовал школу диверсантов, среди выпускников которой была и легендарная Зоя Космодемьянская.

В Риге действовал партизанский отряд Иманта Судмалиса, в Лиепае — отряды Бориса Пелнена и Альфреда Старка, а в Латгале — партизанский полк "За Советскую Латвию" Героя Советского Союза Оттомара Ошкална. На севере республики воевала партизанская бригада ещё одного Героя Советского Союза Вилиса Самсона по кличке Репей.

В Курземе же действовала партизанская бригада Андрея Мацпана, в составе которой действовал и отряд "Красная стрела". Именно этот отряд и уничтожил полицаев, которых немцы сначала выбрали на роль "лесных братьев".

Первая попытка

14 октября 1944 года советские войска вошли в Ригу, и рейхскомиссариат "Остланд" прекратил своё существование. Но ещё в начале лета 1944 года немцы стали готовиться к отступлению из Прибалтики. Часть войск — 16-я и 18-я армии группы "Север" и 6-й корпус СС, в который вошла и 19-я дивизия СС, — переправили на запад, в район Курземской крепости. Часть мирного населения — например, семью будущего президента Латвии Вайры Вике-Фрейберги — морем эвакуировали в Германию. Вместе с ними бежали и остатки 15-й — "латышской" — дивизии СС, практически полностью истреблённой Красной армией.

Также немцы решили организовать партизанское подполье в тылу Красной армии, используя для этого остатки полицейских батальонов, которые были переданы в подчинение бывшему генералу латвийской армии Янису Курелису, некогда командовавшему рижским полком "айзсаргов".

Янис Курелис. Коллаж © L!FE. Фото © Wikimedia Commons

Однако перспектива воевать с Красной армией совсем не обрадовала вчерашних полицаев, привыкших безнаказанно убивать безоружных людей. И как только на подступах к Риге появились советские танки, "партизанский полк" Курелиса в полном составе побежал за немцами на запад — в Курземе. Такая самодеятельность не понравилась немцам, и вскоре части вермахта окружили и разоружили полк Курелиса.

В итоге десяток старших офицеров полка был расстрелян, ещё свыше 1000 солдат и офицеров отправлены в концлагерь Штутгоф. Сам же генерал Курелис преспокойно сбежал с полковой кассой в Швецию.

Из немецкого окружения вышел только батальон лейтенанта Роберта Рубениса. Причём вскоре Рубенис был убит самими полицаями, а остатки его отряда сдались в плен партизанам из отряда "Красная стрела".

"Дикие кошки" в лесах Прибалтики

Рудольф Бангерскис и латышские новобранцы СС. Коллаж © L!FE. Фото © Wikimedia Commons

И тогда группенфюрер СС Рудольф Бангерскис (кстати, бывший полковник Российской императорской армии Рудольф Бангерский), отвечавший за оборону Латвии, решил сделать ставку на проверенных диверсантов.

Вскоре — в начале ноября 1944 года — знаменитый немецкий диверсант Отто Скорцени создаёт диверсионные школы "СС-Ягдфербанд Ост" (от немецкого "Охотничий отряд") для подготовки террористов и диверсантов из наиболее опытных легионеров 19-й дивизии СС и советских военнопленных, согласившихся служить немцам. Штаб "Охотничьего отряда" находился в польском городке Иновроцлав, а в Курземе было организовано семь разведывательно-диверсионных школ.

При каждой школе было обычно три спецподразделения. Первая рота состояла из бывших советских военнопленных различных национальностей и предназначалась для борьбы с партизанами на территориях, контролируемых вермахтом.

Вторая рота — латышская — для заброски на территорию Прибалтики в тыл Красной армии.

Третья рота — русская — для переброски в Россию.

Диверсантов готовили в пожарном порядке. Как следует из докладной записки, направленной 12 ноября 1944 года на имя рейхсфюрера СС Генриха Гимлера, за три недели в прифронтовых районах Латвии были созданы 64 диверсионные группы общей численностью 1164 человека.

Ганс Бергер

Один из диверсантов — обер-ефрейтор Ганс Бергер — позже вспоминал:

— В начале ноября 1944 года меня вызвал наш майор Аух. Он был очень взволнован и, я бы сказал, даже растерян. Он сказал мне, что крах немецкой армии неизбежен и что мы должны всеми силами предотвратить торжество большевизма. Поэтому, когда Красная армия продвинется на Запад, в Курляндию, я — под видом мирного крестьянина — окажусь в тылу большевиков. И я должен спасти рейх, взрывая мосты и склады, убивая офицеров Красной армии.

Для обеспечения длительного выживания немецких диверсантов в тылу немецкое командование не скупилось — так, обер-ефрейтор Ганс Бергер, ставший командиром одной из боевых групп, получил со складов девять тысяч сухих пайков немецких солдат, 3400 литров спирта, комплекты тёплой одежды — всё это было спрятано в пяти тайниках, обустроенных недалеко от школы. Отдельно хранилось оружие — так, в одном тайнике обер-ефрейтор Бергер спрятал десяток противотанковых мин и около 3000 килограммов взрывчатых веществ (пластит), в другом — 500 ручных гранат, фаустпатроны, в третьем — автоматы и пулемёты.

Для координации действий диверсионных групп из выпускников школ "СС-Ягдфербанд Ост" была образована организация "Межа кати" ("Дикие кошки"), которой руководил оберштурмбаннфюрер СС Манфред Пехау — балтийский немец, который прежде руководил "Айнзатцкомандой 1b", занимавшейся ликвидацией евреев на территории рейхскомиссариата "Остланд".

Заместителями Пехау были двое латышей — выпускники разведшколы абвера в прусском городке Дальвиц, которые позже стали офицерами "Абверкоманды-212" — диверсионного подразделения, действовавшего при 18-й армии вермахта группы "Север". Первый — это бывший агроном Петерис Супе по кличке Цинитис (то есть Кочка, или Бугор). Второй — гауптштурмфюрер CC Борис Янкавс.

В конце ноября все диверсионные группы уже перешли линию фронта и рассыпалась по заданным районам Латвии в ожидании приказов из центра.

Крах "Нового Берлина"

В январе 1945 года Красная армия начала мощное наступление в Польше — Висло-Одерскую операцию. Штаб "СС-Ягдфербанд Ост" в городке Иновроцлав был накрыт советскими авиабомбами, и практически вся секретная канцелярия, включая всю отчётность по засылке диверсантов в Латвию, сгорела. Уцелевших курсантов с инструкторами перевели в городок Бойшен близ Познани.

Одерская операция. Встреча с жителями. 1945 год. Коллаж © L!FE Фото: © Wikipedia.org Creative Commons, Flickr Creative

Одерская операция. Встреча с жителями. 1945 год. Коллаж © L!FE Фото: © Wikipedia.org Creative Commons, Flickr Creative Commons

Голова спрута — штаб "Ягдфербанд Ост" — была уничтожена, но его обрубленные щупальца продолжали жить своей жизнью. Отряды "Диких кошек" на территории Латвийской ССР продолжали ждать приказа к началу диверсионной войны, хотя сами диверсанты даже не подозревали, что такого приказа больше некому отдать — все их кураторы погибли в Иновроцлаве, никто даже не знал, на каких волнах эфира работали передатчики "кошек".

И тогда Бугор — Петерис Супе — решил действовать на свой страх и риск.

Свою резиденцию под пафосным названием "Новый Берлин" Супе создал на острове посреди болота Стомпаку в Абренском уезде. На острове были сооружены три десятка землянок на 20–30 человек каждая — отряд Цинитиса рос каждый день за счёт дезертиров из Курляндского котла. Также были обустроены две конюшни на 30 лошадей, склад, пекарня и даже церковь — вернее, землянка, оформленная под церковь — это же край набожных католиков.

Именно в "Новом Берлине" Супе провозгласил создание "Национального объединения латвийских партизан" (НОПЛ). Правда, действовало это "объединение" недолго — всего-то два месяца.

Вилис Самсон

Смершевцы узнали о крупном отряде диверсантов, скрывающемся в болотах Абрене, ещё в конце 1944 года. Как вспоминал латышский разведчик и красный партизан Вилис Самсон, "в деятельности отрядов "лесных кошек" чувствовалась большая согласованность; их рейды и засады стали планироваться и координироваться намного целенаправленнее. После большой встряски мы получили оперативную информацию, что все нападения координируются из единого командного центра".

Вскоре на улицах латвийских городов появились и листовки НОПЛ: "Каждый, кто будет вредить и уничтожать наш народ, мешать и сопротивляться в борьбе за свободу, кто не будет стараться сохранить латышей и их имущество, а будет активный пособник врага, предавать свой народ, оказывать помощь по выявлению скрывающихся лиц, партизан и националистических семей и их родственников, получат справедливое наказание латышского народа сейчас же по законам военного времени с немедленным исполнением партизанскими штурмовыми группами. Война не знает жалости, так же и мы в своей расплате с врагами и их пособниками будем неумолимы!"

По данным доклада наркома внутренних дел Латвийской ССР Августа Эглита, всего за несколько месяцев бандиты из отряда Супе совершили несколько десятков нападений на мирных жителей, убив более сотни человек.

18 февраля 1945 года сотрудники Смерша схватили живым латышского связного — некоего Тадеуша Букша. На допросах он не только указал место, где находился "Новый Берлин", но даже назвал численность собравшихся там диверсантов — свыше 200 человек.

Штурм "Нового Берлина" был назначен на 25 февраля. Людей отчаянно не хватало, поэтому в сводный отряд собрали бойцов буквально отовсюду: три сотни солдат из 5-й дивизии Внутренних войск НКВД; взвод конной разведки и сапёрный взвод — помимо прочего, с четырьмя миномётами; около сотни солдат местного латышского истребительного батальона — то есть бывшие красные партизаны. Итого 585 человек — против 350 диверсантов, окопавшихся в "Новом Берлине".

Бой начался в семь утра и длился почти весь день — вооружённые до зубов диверсанты ураганным огнём заставили лечь наступавших красноармейцев в замёрзшее болото, не позволяя даже поднять головы. И только с наступлением темноты смершевцы смогли ворваться в покинутый лагерь, где они нашли три десятка убитых и семерых раненых. Потери чекистов составили 18 бойцов.

Петерис Супе

Но сам Супе ушёл.

Охота за ним шла почти год. Уничтожил бывшего агронома сам Янис Климканс — руководитель отдела молодёжи НОПЛ и по совместительству агент НКВД. Сам Климканс был мобилизован немцами в легион СС, дезертировал, потом мобилизован в РККА, дезертировал, ушёл в лес, а в конце 1945 года сам предложил работать на органы. Для начала сдал несколько схронов "лесных братьев". А весной 1946 года, когда сам Супе вызвал Климканса на переговоры на отдалённый хутор, ему представилась уникальная возможность уничтожить Супе.

Обычно вожака НОПЛ всегда и везде сопровождали три телохранителя, однако на совещание с Климкансом он захватил с собой только своего зама — Хенрика Аусеклиса. Видимо, Супе полностью доверял молодёжному вожаку. Втроём они сели за стол, начали неспешный разговор.

— Парного молочка бы, соскучился по нему в лесу, — попросил Климканс хозяйку.

— Сейчас принесу, — выскочила она за дверь.

Климканс вызвался ей помочь. В коридоре передернул затвор автомата и, зайдя обратно, одной очередью уложил Супе и Аусеклиса.

Охота на "Невидимку"

Латвия была не просто последней по счёту республикой Советского Союза, освобождённой от нацистов, она стала и местом последнего серьёзного сражения против нацистов уже после Победы. Речь о бое в ночь на 23 мая 1945 года, когда разведчики 423-го стрелкового полка возле хутора Айзпуте обнаружили более 500 эсэсовцев, сбежавших из Курляндского котла. Они шли болотами, надеясь незамеченными пробраться на запад и сдаться в плен американцам — почему-то вояки из СС не сомневались, что американцы возьмут их к себе на службу. С собой обергруппенфюрер Крюгер нёс и документы о сети "Диких кошек", готовых выполнить любой приказ, — подарок для американской военной разведки. Именно из этих документов советские контрразведчики и узнали о существовании командира "Диких кошек" гауптштурмфюрера CC Бориса Янкавса — человека, о котором все слышали, но которого никто не знал в лицо.

Бруно Штреккенбах на встрече с Генрихом Гиммлером в Кракове. Коллаж © L!FE. Фото © Wikimedia Commons/German Federal Archives

Не знал Янкавса даже сам группенфюрер СС Бруно Штреккенбах — командир 19-й латышской дивизии СС, попавший в плен к красноармейцам на выходе из котла.

— Как же так? — удивлялись смершевцы. — Янкавс же приезжал к вам в штаб дивизии.

— Так точно, но он общался только со своими — с разведчиками СС...

— Но вы должны были видеть его, когда он приезжал!

— Так точно, но он всегда приезжал в толпе других офицеров...

Не знал лица Янкавса даже сам председатель президиума НОПЛ, бывший ксёндз Антон Юхневич, захваченный в плен при штурме "Нового Берлина".

— Конечно, я слышал об этом офицере, — охотно рассказывал Юхневич. — Но я никогда его не видел...

— Как же вы получали от него приказы?

— Только от связных... Причём каждый раз это был новый связной...

Допросив десятки пленных эсэсовцев, уполномоченный НКВД-НКГБ СССР по Латвийской ССР комиссар госбезопасности III ранга Алексей Бабкин вдруг осознал, что им предстояло поймать настоящего человека-невидимку, которым мог оказаться вообще кто угодно.

Иногда чекисты сомневались: существует ли вообще этот Янкавс на самом деле? Или латыши просто водят нас за нос?

Но в июне 1945 года контрразведчики поймали одного из знакомых Янкавса — радиста-шифровальщика Василия Лациса, закончившего школу "СС Ягдфербанд Ост", который сообщил первые сведения о таинственном главаре террористов, учивших курсантов основам радиосвязи.

В принципе, и сегодня о главаре "Диких кошек" ничего доподлинно не известно. Латыш, в 1945 году ему исполнилось 35 лет. Самая незапоминающаяся внешность. Средний рост, средняя комплекция, средние черты лица — глазу не за что и зацепиться. Пройдёт такой человек мимо, никто и не запомнит. Ещё известно, что Янкавс когда-то служил капитаном латвийской армии, но в 1940 году, когда его сослуживцы массово переходили на службу в Красную армию, он подал рапорт на увольнение. Работал простым телеграфистом на пароходах. После прихода гитлеровцев в Ригу он сам пошёл к ним на службу. Учился в разведшколе абвера, получил чин гауптштурмфюрера, что в войсках СС соответствовало званию армейского капитана. Затем он сам стал инструктором "Абверкоманды-212". За ряд операций во время блокады Ленинграда Янкавс был награждён Железным крестом.
Как показать себя американцам

В этот момент сам Борис Янкавс находился на тайной базе "Диких кошек", оборудованной в подвалах под хутором Дравас Кабилесской волости Кулдигского уезда, — он словно паук, находившийся в центре огромной паутины, чувствовал каждое движение сплетённой им нити, ведущей к мелким группам диверсантов.

После сдачи Курлянлского котла он сам собрал своих командиров, чтобы объявить им о капитуляции Германии. Он приказал им разделиться на мелкие группы — большие отряды легче найти и уничтожить. Затем нужно было совершить ряд дерзких акций устрашения.

Л. П. Берия (слева), В. Н. Меркулов — на 2-м плане. Всеволод Меркулов. Коллаж © L!FE. Фото © Wikimedia Commons

— Мы должны показать себя американцам, — говорил Янкавс. — Запад не допустит, чтобы вся Европа оказалась бы под большевиками, поэтому им нужны надёжные люди в тылу русских. Мы должны показать, что мы настоящие профессионалы...

И "кошки" начали стараться.

Нападения на коммунистов и комсомольцев шли каждый день — причём диверсанты абвера нападали вовсе не на офицеров и солдат Красной армии, а на безоружных парней и девушек, прибывших из центральных областей России строить школы и больницы, поднимать разрушенную войной Прибалтику. Воронеж и Курск, Орёл и Белгород сами лежали в руинах, но все добровольцы ехали в Прибалтику, которой предстояло стать настоящей "витриной социализма". Видимо, именно поэтому Янкавс и поставил задачу своим боевикам уничтожить всех таких комсомольцев, чтобы создать у всех остальных советских граждан впечатление, будто бы в спину русским может выстрелить каждый местный житель...

Осенью 1945 года ситуация в Латвии стала предметом обсуждения и в Кремле. Вот строки из доклада наркома внутренних дел СССР Лаврентия Берии товарищу Сталину: "Расследованием установлено, что организация "СС Ягдфербанд Остланд" создана германской разведкой на территории Курляндии и оставлена в подполье для проведения подрывной работы в Латвии. Во главе её находится штаб, руководимый капитаном Янкавсом (латыш), окончившим диверсионно-разведывательную школу германской разведки в Германии. В волостных центрах и крупных населённых пунктах Курляндии организацией "СС Ягдфербанд Остланд" созданы диверсионно-террористические группы численностью 20–30 человек каждая".

В итоге в Ригу был направлен специальный десант из 140 оперативных работников из Москвы во главе с заместителем Берии — народным комиссаром госбезопасности Всеволодом Меркуловым, которому были даны жёсткие указания покончить с "Кошками" в самые кратчайшие сроки. По указанию Меркулова, вся территория Латвийской ССР была разделена на шесть оперативных секторов, каждый из которых был взят под управление войсками НКВД.

Интересно, что жёсткие меры Меркулова чуть было не принесли желаемый результат уже через неделю, когда возле хутора Дравас летучий отряд НКВД накрыл группу диверсантов, направлявшихся из штаба Янкавса на очередное задание. После короткого боя диверсанты были перебиты, но чекисты почему-то посчитали, что диверсанты шли как раз захватывать хутор. В итоге тайное убежище Янкавса осталось нераскрытым.

Вскоре Меркулов был вызван обратно в Москву, а в мае 1946 года он был снят со всех постов и отправлен в почётную ссылку.

Виктор Абакумов на фронте. Коллаж © L!FE. Фото © Wikimedia Commons

Новым министром госбезопасности СССР стал Виктор Абакумов — бывший начальник главного управления контрразведки Смерш Народного комиссариата обороны СССР.

И в Ригу уже приехал десант абакумовцев.

Ловушка для невидимки

С подачи нового наркома государственной безопасности Латвийской ССР Альфонса Новика был придуман новый план по поимке таинственного "человека-невидимки" Янкавса.

Оперативная комбинация родилась сама собой, когда в декабре 1946 года агент НКВД под псевдонимом Маргерис узнал, где будет ночевать один из полевых командиров "Диких кошек" — некто Эвалдс Пакулис. Вскоре Пакулис был арестован и помещён в изолятор КГБ.

Альфонс Новикс

Во время одного из допросов в камеру следователя и зашел комиссар Альфонс Новик — эдакое само воплощение начальственного барства и беспечности.

— Заканчивай ты канитель с этим отребьем! — не обращая никакого внимания на арестованного, бросил он следователю. — Оформляй его в расход, и дело с концом!

— А как же оперативная информация...

— Да чёрт с ним! Через неделю в Ригу приезжает агент Ворон. Это наш самый ценный кадр. Личный адъютант Геринга. Он знает нашего Янкавса по службе в абвере. Так что найдём нашего голубчика в два счёта!

Это была чистая правда. Агент Ворон — некто Юрий Гмырев — был арестован 31 мая 1945 года оперативниками Смерша под Прагой. Как выяснилось, Юрий Гмырев — в прошлом командир торпедного катера "Д-2" Черноморского флота — попал в плен к немцам в январе 1942 года. Испугавшись концлагеря, он согласился работать на немцев — сначала на разведку, затем он стал инструктором школы пропагандистов власовской РОА, а в 1944 году его взял к себе сам рейхсмаршал Герман Геринг, назначивший Гмырева адьютантом для связи с командованием РОА. И вот, оказавшись в камере, Гмырев предложил Смершу имена всех агентов, которых он завербовал для немцев. И выдал в первую ночь имена 338 человек — память у него была феноменальной.

В итоге дело Гмырева взял на особый контроль министр МГБ Абакумов, который отправил агента Ворона — такой он выбрал себе псевдоним — в путешествие по стране. Несколько лет он катался по лагерям и по московскому метро, опознавая недобитых гитлеровских агентов.

От этого рассказа Пакулис покрылся липким потом: конечно, этот человек легко опознает Янкавса.

По возвращении в камеру его ждал ещё один сюрприз: как выяснилось, одного из задержанных диверсантов чекисты решили отпустить на свободу — дескать, какая-то путаница в документах. Именно этому бойцу Пакулис и поручил передать информацию Янкавсу о приезде опасного агента из Москвы.

Разумеется, связной не знал, что за ним установлена плотная слежка.

Дальнейшее было делом техники. Ночью хутор Янкавса был окружен войсками МГБ, и таинственного гауптштурмфюрера CC вытащили тёплым из постели.

В тюрьме Янкавс дал согласие сотрудничать с МГБ.

Вскоре на подставных "кошек" — агентов МГБ — действительно вышли американцы из ЦРУ, которые на скоростных катерах стали засылать в Латвию своих агентов. Встречали их уже наши контрразведчики, причём агенты ЦРУ — это, как правило, были бывшие власовцы — даже не догадывались, что их с самого начала вели под плотным контролем.

Сотрудник Смерша. "Лесные братья". Коллаж © L!FE. Фото © Wikimedia Commons

Депортация

Однако такая игра требовала поддержания впечатления, что в латвийских лесах по-прежнему действуют крупные партизанские отряды. Между тем Москва потребовала срочно закачивать с этим "бандитизмом". Рубили, как всегда, сплеча — в конце марта 1949 года Совет министров Латвийской ССР подготовил списки для депортации в Сибирь 42 тысяч человек — в основном зажиточных крестьян, которые якобы помогали "лесным братьям" продовольствием. В основной своей массе это были ни в чём не повинные люди, попавшие под раздачу по доносам соседей, сводивших счёты в силу личных отношений.

В том же году в латвийских газетах появилось короткое сообщение о гибели осуждённого гауптштурмфюрера CC Бориса Янкавса — дескать, тот был застрелен конвоем при попытке к бегству. Что в действительности с ним произошло, никому не известно, кроме нескольких оперативных сотрудников.

Последний катер с агентом ЦРУ подошёл к Рижскому взморью осенью 1952 года.
https://www.rubaltic.ru/blogpost/06112017-razgrom-lesnykh-bratev-kak-tsru-ispolzovalo-latviyskikh-esesovtsev-protiv-sssr/