Новости

Юрий Апухтин: Как политзаключенные сорвали шоу Геращенко во время обмена

Юрий Апухтин  руководитель объединенного штаба харьковского сопротивления и  лидер  «Юго-Востока»,   рассказал   нашему корреспонденту Михаилу Онуфриенко о содержании пленных на сборном пункте:

           Начало    

          Свою задачу по доставке пленных во временный лагерь СБУ успешно выполнила. Все пленные были доставлены из СИЗО и лагерей, условия содержания в которых, мягко говоря, были не очень комфортные. Поэтому после тюремных нар и баланды мы оказались просто в сказочных условиях. Поселили нас в бывшей базе отдыха отреставрированной до уровня среднего 2-звездочноного отеля, разместили по два 2-3 человека в номер с теплым ковровым покрытием, горячей водой и душевой кабиной, громадными мягкими кроватями и ковровыми дорожками в коридорах. Кормили нас также соответственно и я наконец мог сидеть за нормальным столом, держать в руке вилку и нож, зная что у меня их никто не отберет и не посадит в карцер.

              По периметру лагеря стояла охрана СБУ, вооружены они были только пистолетами, которые старались не показывать, вели себя корректно, было видно, что им даны четкие указания ни во что не вмешиваться, не провоцировать нас и не досаждать лишним вниманием. Из лагеря выходить нам запрещалось и никого к нам не пускали, мобильных телефонов у нас не было, мы могли только свободно перемещаться по корпусу и общаться между собой.



              Руководил лагерем генерал СБУ в отставке, заслуженный спецназовец, в подчинении у него было всего два человека и охрана. С минимумом персонала он за неделю нашего пребывания в лагере обеспечил идеальный порядок и дисциплину, все попытки  любителей спиртного добыть его пресекались на корню и это позволило избежать серьезных неприятностей, которые впоследствии имели место в Донецке. Одна из функций охраны заключалась  в недопущении провокаций извне со стороны экстремистов разных мастей, готовых и способных накануне обмена обострить ситуацию и сорвать обмен.

              В лагерь было доставлено примерно 150 пленных из разных городов, большинство из них были местные с Донбасса, в основном попавшие при разных обстоятельствах в плен. Остальные были представлены политзаключенными, больше всего их оказалось из Харькова и Одессы, где имели место массовые протестные выступления против правящего режима. Возраст пленных разный, от 19 до 70 лет, в основном люди в возрасте, отдающие себе отчет в своих действиях против режима и осознано пошедшие на это.

              С Донбасса люди были простые, пошедшие воевать за свою землю, не очень-то разбирающиеся в политике и убежденные, что дороги обратно на Украину  у них нет. Из других городов люди реально оценивали сложившуюся ситуацию, понимали, что предстоит еще очень длинный путь восстановления цивилизованного развития страны. Никто не жаловался на те испытания, которые достались нам,  не сожалел о сделанном и все разговоры сводились к возможным вариантам развития ситуации на Украине после нашего многолетнего отрыва от текущих событий.

               Большинство из нас содержались в камерах только с уголовниками, с весьма специфическими взглядами на жизнь. Теперь вместе оказались люди одних политических убеждений, у нас появился свой круг общения, мы выясняли кто и за что попал в застенки, находили заочных знакомых по интернету, делились воспоминаниями  о бурных событиях 2014  года.   Для меня было неожиданностью, что многие знают обо мне по информации из Интернета и телевидения о моей стойкости в судах, бескомпромиссном отстаивании наших взглядов и раскрытии убогой сущности наших оппонентов.  



             Намечавшиеся сроки обмена неоднократно срывались, по всей видимости стороны никак не могли окончательно согласовать списки пленных и условия обмена. Наконец объявили, что обмен состоится 27 декабря. Рано утром на территорию лагеря въехали пять автобусов, мы построились во дворе в каре, внутрь вошла группа из четырех человек – генерал, офицер СБУ, Уполномоченный по правам человека Лутковская и  член переговорной группы в Минске от Украины Ирина Геращенко. Здесь наступил момент, когда нам стало интересно наблюдать за поведением публичных людей и со стороны оценивать их действия.

 

              Генерал держался достойно в соответствии со своими полномочиями, которые он успешно выполнил. Такие люди всегда вызывают уважение за свою прямоту, спокойствие и уверенность в выполнении поставленных задач. С первой нашей встречи, когда меня доставили лагерь, он открыто заявил, что ему стыдно смотреть мне в глаза за все что со мной сделали и если я решусь остаться он лично доставит меня домой в Харьков. Такая открытость меня поразила, мы были как бы по разные  стороны и при этом с уважением относились друг к другу. Офицер СБУ также  держался достойно и с интересом  смотрел на стоящих перед ним противников, не опускался до унижения людей, которые были в его власти.

              Больший интерес естественно вызвали две стоящие перед нами принципиально разные женщины. Лутковская, изысканно одетая в подчеркивающую ее фигуру куртку, с манерами светской дамы достойной уважения, эффектно выглядела и с достоинством представляла себя публике.

              Геращенко, маленького роста, невзрачной внешности, в мышиного цвета куртке явно не по росту, с манерами провинциальной кухарки, все время суетилась, снимала себя на мобильник на нашем фоне и сразу же отправляла в Сеть, создавая видимость, что она тут самая главная и все решает. По тюремной привычке кто – то тут же дал ей кличку «гномик» и это разнеслось по нашему строю. Так как я старался не афишировать свое участие в обмене то стоял во  втором ряду. Тем не менее она настолько подробно все снимала и выкладывала в Сеть, что зафиксировала меня и ее кадры стали подтверждением моего обмена.

             Сразу стало понятно, что Геращенко собирается устроить шоу и пропиариться с помощью пронацистского телеканала IСТV, произнести речь как  именно она сделала все возможное для нашего освобождения и мы будем искренне благодарить её за такой подарок. Ничего этого у неё не получилось, уровень убогого интеллекта не позволил ей достойно представить себя.



            Она оказалась настолько бездарной, что начала перед нами на укромове рассказывать о большой работе по нашему обмену, проделанной украинскими властями и ею лично, не понимая, кто перед ней стоит и что надо нам говорить. Естественно поднялся недовольный ропот, не выдержав я громко крикнул «а на великом и могучем говорить не можешь», ропот усилился, начали кричать говори на русском, кто-то крикнул, что нам она не интересна и хотим задать вопросы Лутковской

             Неожиданно женщина из харьковской группы по собственной инициативе вышла из строя, на груди у нее был транспарант «Харьков вперед» и развернула флаг Новороссии. Такого приема Геращенко не ожидала и стушевалась, намеченное шоу явно не складывалось, тем более мы не скрывали свое неуважение к ней. Лутковская сразу же перехватила инициативу, спросила какие есть вопросы к ней, быстро ответила на них и генерал объявил о дальнейшем порядке действий.

              Нам было объявлено, что сейчас выдадут наши паспорта и судебные решения о нашем освобождении и с этими документами мы будем переданы другой стороне. Каждый подходил к генералу и он вручал документы, я оказался в числе первых, публично пожал ему руку и сказал спасибо за отлично проделанную работу —  он оказался профессионалом на высшем уровне.



              Когда выдавали документы пленным, у которых должно быть помилование, то оказалось, что акта о помиловании в конвертах нет. Позже мне только один человек подтвердил, что ему показывали копию акта о помиловании, но на руки так ничего и не выдали, то есть подтвердить наличие акта о помиловании стало невозможно. Украинские власти в очередной раз  обманули и передали пленных безо всякого статуса, их в любой момент можно арестовать или объявить в розыск, поскольку юридически они должны находиться в лагерях.

             С учетом того, что по приговору суда я был выпущен из зала суда свободным человеком и по предъявленному обвинению полностью отбыл срок, естественно я рассматривал вариант возвращения в Харьков. По действующему законодательству меня могли отпустить еще в декабре до обмена, но власти на это не пошли. Перед судом представитель СБУ дал понять, что если я откажусь от обмена, то еще долго буду доказывать свою правоту находясь за решеткой, и еще раз убедительно рекомендовал согласиться на обмен. По всем признакам чувствовалось, что власти выдавливают меня из Украины и не очень-то хотят видеть в Харькове. Конечно я мог вернуться, но так как я не считал себя виновным и не собирался ни в чем раскаиваться, я был неугоден властям, и у них всегда будет повод расправиться со мной сразу же или спустя какое-то время. В связи с этим вопрос возвращения в Харьков остался открытым.

             Наиболее низко власти поступили с гражданами России. В списки на обмен было включено семь россиян и они вместе со всеми ожидали обмена в лагере. Перед посадкой в автобусы неожиданно объявили, что они не подлежат обмену и будут возвращены в те места, откуда их привезли. Позже мы узнали, что Геращенко связалась с Порошенко и убедила его не отдавать россиян в отместку за то, что Россия не отдала на обмен граждан  Украины, содержащихся в тюрьмах России.

              Всех допущенных к обмену разместили в автобусы, неоднократно проверили кто и в каких автобусах находится и в сопровождении полиции, представителей ОБСЕ и Красного креста через территорию Донбасса подконтрольную украинским властям  повезли к пункту обмена".

Беседовал Михаил Онуфриенко



Загрузка...
Загрузка...
Загрузка...