Аналитика

Иловайский «котел»: как укро-карателям нанесли первое крупное поражение в Донбассе

10 августа 2014 года начались бои за Иловайск, закончившиеся, спустя 3 недели, полным разгромом мощной украинской войсковой группировки. А нацисткой верхушке «незалежной» дали понять: победы над повстанцами им не видать как своих ушей.

К концу лета 2014 года обстановка в Донбассе продолжала ухудшаться. После того как Россия отказалась от планов открытой помощи восставшим, засевшая в Киеве «незалежная» хунта буквально обнаглела, стараясь побыстрее «дожать» восставших донбассовцев с помощью спешно рекрутированных в «добровольческие батальоны» нацистов и мобилизованных в Вооруженные Силы «патриотов».
Попутной (а может, и основной) задачей у этого нацистского сброда было выполнение поставленной им Вашингтоном задачи – втянуть Россию в полноценную войну в регионе. Так что ползучее занятие территории свободолюбивого региона, возмутившегося попытками бандеровцев унизить его в угоду украинскому национализму, сопровождалось и открытыми военными провокациями против самой РФ. В виде «случайно залетевших» на российскую территорию снарядов украинских пушек, таких же «случайно заехавших» туда боевых машин карателей и т.д.

 

А сама территория ЛДНР все больше «ужималась» и «расчленялась» под ударами укро-фашистов. Понятно, что намного более слабые подразделения только лишь формировавшегося буквально на ходу ополчения не могли надежно остановить эту армаду, хоть и сопротивлялись изо всех сил. В июле, например, ополченцы Стрелкова были вынуждены оставить Славянск, после чего нацистским Киевом были оккупированы значительные территории Донецкой области. А сами нацисты все ближе подбирались к Донецку, планируя отрезать его от Луганска и российской границы, а затем взять, если не штурмом, то «измором».
Существенным элементом этих планов и стал сравнительно небольшой город Иловайск, расположенный к востоку от столицы Донбасса. В случае его потери ополченцы лишались бы железнодорожного сообщения с Луганщиной и оказывались бы уже в почти полной вражеской блокаде.

***

Наступление на город карателей началось 10 августа 2014 года. Сначала относительно небольшими силами – двумя карательными батальонами «Донбасс» и «Шахтерск», состоящими из преимущественно, местных коллаборационистов. Сброда часто откровенно уголовного характера, после переворота в Киеве перешедшего на сторону путчистов-бандеровцев. Впрочем, первая попытка оказалась неудачной: оставив на поле боя 9 подбитых ополченцами боевых бронированных машин (хоть потом эти горе-вояки и жаловались на «отсутствие у них тяжелой техники», что якобы и привело к последующему разгрому), нацисты отступили.
18 августа началось новое вражеское наступление – в конечном счете, в нем участвовало дополнительно еще полдесятка батальонов самозванных карателей, плюс немалые силы собственно украинской армии. Об их численности – несколько позже.
В результате противником была захвачена западная часть Иловайска, ополченцы сохранили контроль лишь над восточной частью города. Казалось, их поражение неминуемо, а вместе с ним неминуемо и последующее падение Донецка.
Однако вместо ожидаемых лавров «победителей сепаратистов» уже расслабившиеся от вроде бы почти достигнутой победы войска хунты ожидал неприятный сюрприз. Сначала – мощный обстрел их позиций вблизи городской черты из установок залпового огня «Град», затем – и контрнаступление ополченцев.
Самым же неприятным для карателей были неудачи их «коллег» вблизи Иловайска, в результате которых войска свободного Донбасса отбросили противника на немалое расстояние, отчего «Иловайская группировка» оказалась в окружении. А поскольку близилось 24 августа – день украинской «незалежности» – незалежное руководство, не исключая и военную верхушку, больше интересовалось проведением военного парада в Киеве, нежели оказанием помощи своим окруженным горе-воякам. 
Да, в общем, чего другого можно ожидать от «великой державы», в «гетманы» которой пробился кондитер? К тому же, назначивший министром обороны главного охранника, Валерия Гелетея, который еще при Ющенко, благодаря «свидомости», всего за пару лет проделал головокружительную карьеру из капитана киевской милиции в генерал-полковники. А главной «ударной силой» иловайской группировки было трусливое отребье, ранее проявлявшее «храбрость» в отношении лишь мирного населения Донбасса, да плохо вооруженных ополченцев, первоначально состоявших большей частью из «реконструкторов» военно-исторических клубов.

 

***

В общем, уже 26 августа «карбаты» «Донбасс», «Днепр-1», «Херсон», «Свитязь», «Миротворец», «Шахтарськ» совместно с силами укро-армии, были окружены, а на следующий день и полностью выбиты из Иловайска. Продовольствие, топливо и боеприпасы для боевой техники у них заканчивались. А месторасположение уже вдали от городской застройки и живущих там мирных горожан просто-таки предрасполагало силы обороны Донбасса покончить со всем этим отребьем одним ударом – например, массированным обстрелом из тех же «Градов».
Однако борцы с нацизмом оказались куда более гуманнее оголтелой бандеровщины, в то время устами, скажем, депутата Рады от запрещенного в России «Правого Сектора» Борислава Березы, призывавшей «превратить Донецк и Луганск в лунный пейзаж» с помощью артиллерии и массированных авианалетов. Уже 29 августа окруженным укро-воякам было предложено «открыть коридор» из «котла». Фактически, «почетная капитуляция», возможность выхода с личным оружием и знаменами (если они были, конечно). Правда, при условии оставления всей тяжелой военной техники, машин, танков, БМП, орудий, минометов и проч.
Но Киев, как водится, в очередной раз «подставил» своих исполнителей, предписав им «прикинуться дурачками» – «коридором» воспользоваться, но выходить с него «при полном параде», со всей наличной техникой, которую по условиям перемирия надо было оставить на месте. Печальные итоги для карателей не заставили себя ждать. Если первое «кольцо оцепления», где находились преимущественно наблюдатели из России, окруженные войска прошли, то второе «кольцо», уже из местных ополченцев, оказалось для них роковым. 
Там ведь воевали жители Донецкой области, в том числе и из захваченных нацистами ее городов, и отпускать из окружения не просто живых карателей, а еще и разрешить им взять с собой мощные орудия для последующих убийств своих соотечественников никто не собирался. В результате «хитро*опые» укро-вояки вместо выхода получили полновесный залп артиллерии ополченцев. Так что военная техника в расположение основных сил укро-армии так и не вышла, будучи уничтоженной обстрелом. Только на этот раз уже вместе с находившимися там палачами Донбасса.
Ну так их ведь честно предупреждали. И вообще, на войне – как на войне…
Этот окончательный и уничтожающий, в полном смысле слова, разгром карательных сил до сих пор преподносится укро-пропагандой в качестве примера «русского коварства и вероломства». Дескать, выманили доверчивых украинских воинов на дорогу, чтобы их потом гарантировано уничтожить.
Полный бред, конечно. Чтобы уничтожить этот сброд, достаточно было накрыть массированным артобстрелом в их лагере. В командно-штабных «играх» на картах всего однократный обстрел противника системами залпового огня подразумевает потери до 80% личного состава убитыми и ранеными. А ведь под Иловайском таких обстрелов окруженной группировки могло быть, сколько потребуется.
Просто надо было не считать противника прекраснодушными дураками и честно выполнять условия более чем почетной капитуляции, а не хитрить, надеясь на успех своей хитрости. Не захотели – ну так и не надо потом жаловаться на крупные потери.

***

Но каковы же были потери украинских оккупационных сил после ликвидации Иловайского «котла»? Доподлинно, наверное, об этом мы не узнаем еще очень долго. Собственно, покровом тайны покрыта даже численность сражающихся сторон и их качественный состав.
Официально, например, по данным Киева, там погибло 366 укро-вояк, около 400 было ранено, под 3 сотни попало в плен и 128 пропало без вести. То есть численность окруженной группировки объявляется в примерно тысячи «штыков».
Вот только есть немало данных, со стороны украинских же «спикеров», которые заставляют сомневаться в этих цифрах. Так, главарь одного из карательных батальонов Семен Семенченко, избравшийся к тому времени депутатом в Раду, сообщал о тысяче только погибших в «котле». А военный прокурор Анатолий Матиос вскользь обронил, что «число дезертиров тогда доходило до нескольких тысяч». 
Если учесть, что в «дезертиры» Киев особенно охотно записывает свои потери (чтобы не платит семьям погибших компенсации и занижать печальную статистику никому не нужной войны), можно без труда догадаться, что истинный урон укро-боевиков превышает официальный в разы или на порядок.

 

***

Не меньшим «туманом» покрыт успех и бойцов ополчения. В силу, прежде всего, столь радикального перелома прежней печальной для восставших тенденции – медленного, но неуклонного поражения от наступающих нацистов. 
Официальное объяснение этому феномену: к концу августа ополченцы, наконец, научились хорошо воевать, а их разрозненные отряды стали представлять собой настоящую армию. А оружие – так его до этого времени немало набрали в виде трофеев у украинской армии.
Но, понятно, есть объяснения и неофициальные. Конечно, отличные от панических сообщений укропропаганды о «массе российских броне-водолазных дивизий на Донбассе», применяющих все, вплоть до тактического ядерного оружия (это не шутка – такие «утки» в укро-СМИ в то время действительно появлялись!), но, тем не менее, «несущих многотысячные потери». Последние позже, правда, «скукожились» до всего якобы «200 погибших псковских десантников» (интересно, отчего такая «круглая» цифра?)
Но в тогдашних публикациях патриотической прессы, в постах социальных сетей появилось очень многозначительное слово – «северный ветер». А также – «военторг», где ополченцы «покупали себе оружие и боевую технику». 
Имелись в виду и известное количество российских добровольцев, солдат-контрактников и офицеров, формально приезжавших на Донбасс по время взятого по месту основной службы отпуска. И помогавших своим братьям в борьбе против бандеровской агрессии с помощью изделий того самого «военторга».
Схема, кстати, отнюдь не новая – так советские интернационалисты воевали еще в Испании или во Вьетнаме, подвергшемся нападению США и их местных марионеток. Но от этого ничуть не устаревшая. Несмотря на истерику киевских политиков и СМИ, наличие российской армии в Донбассе доселе не подтверждено никем из солидных международных «игроков», включая даже особенно благоволящий Киеву Вашингтон.
Так или иначе, благодаря «северному ветру» и «военторгу», бандеровское наступление в Донбассе было сначала остановлено, а затем, после более позднего «Дебальцевского котла», укро-нацистам пришлось садиться за стол переговоров в Минске. Где, конечно, этим хитро*опым трусам наступило полное раздолье в виде безнаказанной возможности обманывать и Донбасс, и Москву и мировое сообщество своей якобы «приверженностью к минским договоренностям». Это же не из Иловайска выходить на технике, которую надо было оставить – скорое заслуженное возмездие не предвидится.

Загрузка...

 

***

Но в любом случае, после Иловайского «котла» аппетиты киевских «хунтарей» уменьшились. Пусть грезы о «хорватском сценарии» и озвучиваются по сей день, но при этом трусливая бандеровская шваль и не скрывает, что «основную работу» по «зачистке» Донбасса от ополченцев должны будут выполнять «международные миротворцы». 
Последние, непонятно с какого перепугу должны быть направленны туда своими правительствами, отчего-то вдруг совсем переставшими заботиться о жизни своих граждан, дабы облагодетельствовать жалких холуев дядюшки Сэма. Который этих холуев-то, в общем, и держит исключительно для использования в качестве «пушечного мяса» в своей антироссийской политике.
Как бы то ни было, вспомним героев Иловайска, живых и павших, известных и еще «засекреченных», внесших очень важный вклад в будущую окончательную победу над украинским нацизмом.

фото: webkamerton.ru

Юрий Носовский

Раздел "Авторы" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Мнение автора материала может не совпадать с позицией редакции. Редакция не отвечает за достоверность изложенных автором фактов.