Аналитика

Штрихи к портрету патриота

Перефразируя Маяковского, пришла и голову отчаянием занавесила мысль об украинском патриотизме (в оригинале – о сумасшедших домах, что тоже актуально).

Хоть о нем и сказано больше, чем нужно, но вот интересный штрих, помогающий, как мне кажется, понять его суть. Речь о словоизлияниях журналиста (или, точнее сказать, интервьюера) Дмитрия Гордона на канале «112 Украина» по поводу перехода экс-футболиста донецкого «Шахтера» и игрока сборной Украины Я. Ракицкого в питерский «Зенит».

 

Г-н Гордон – не зашоренный национал-радикал, у которого три идейных штампа в голове на все случаи жизни, но человек довольно интеллигентный, разносторонний и эрудированный. Исходя из его суждений и обозначенных претензий на то, чтобы диагностировать у сограждан патриотизм и измерять их любовь к Родине, он вполне может быть отнесен к просвещенным патриотам, которые ныне в фаворе. И вот он, занимая удобную нишу в экспертной среде, демонстрирует свой патриотический порыв.

Суть такого патриотизма, как видно, в том, чтобы сначала объявить человека свободным, признать за ним его права, заявить о своей приверженности свободе взглядов, о нежелании осуждать (обязательно упомянуть при этом сентенцию «не суди да не судим будешь»), – в общем, сделать реверансы, свойственные современному либералу, – и тут же приняться судить, клеймить и оскорблять. Предположить в отношении характеристики того, чью свободу только что признавал, выбор между идиотом и мерзавцем, упражняться насчет него в остроумии («черт с припаянной башкой»). Заявлять, что тебя «выворачивает» и «разрывает» (чем, по-видимому, должно оправдываться хамство). И не видеть во всем этом никакого противоречия. Больше того – чувствовать себя приличным человеком и где-то даже властителем дум и совестью нации.

В отношении такого патриотизма логика бессильна.

Ведь тут одно из двух. Если объект твоего внимания, по твоему мнению, одноклеточный идиот, то нельзя требовать от него соответствия твоим высоким идеалам. И вообще не следовало бы признавать его право на свободу, которая для него губительна. В таком признании нет никакого гуманизма и великодушия – наоборот.

 

 

А, с другой стороны, если твой оппонент – свободный, правосубъектный индивид, то во всех этих гневных тирадах и страстях вокруг его решений и поступков (не противоправных, заметим), совершенно нет необходимости. Собственно, на них нет и права ни у кого. Тот, кто раздувает такие страсти, как раз и является негодяем. 

Почему заслуженный футболист должен состоять в вашей партии и играть в вашу игру? Чем он вам обязан? Тем более, что и сами члены этой партии, отсвечивающие в студиях, попали в нее приспосабливаясь к обстоятельствам и выглядят не слишком органично. И тем более, что они с огромной вероятностью свалят из нее при следующем изменении конъюнктуры.

Характерно, что в своем комментарии Д. Гордон сослался на советского и украинского поэта И. Драча – выдающегося перевертыша, находившего тем не менее возможным, судя по приведенной цитате, уничижительно отзываться о патриотах, «засцыкающих» вышиванки.     

Это все одна партия рядящихся в тоги высокой идейности и добродетели приспособленцев, чьи убеждения всегда поразительным образом совпадают с доминирующей идеологией, подстраиваться под которую им выгодно и безопасно.

Такие господа говорят «я пытаюсь даже его понять», будто делают величайшее одолжение, и в итоге отбрасывают эти попытки, считая, что и так сделали слишком много, и не желая осознавать, что в такой жизненной позиции – исходная точка всякой вражды и несправедливости. Они любят произвести эффект высокопарной фразой о готовности умереть за право оппонента высказывать свое мнение, на деле частенько не будучи готовыми на гораздо меньшие неудобства – к примеру, хотя бы извиниться за причиненное зло.

Общество тогда можно будет назвать здоровым, когда состоять в такой партии будет неприлично.  

фото: buzina.org / Дмитрий Гордон с ухмылкой демонстрирует визитку ультраправой экстремистской организации, прославившейся внесудебными расправами над гражданами Украины.

Петр Петров