Новости

Бакунин – главный анархист всея Руси

Дореволюционный историк народничества Василий Богучарский справедливо отмечал, что Михаил Бакунин привлекал к себе «горячие головы» не столько идеями, сколько своей могучей личностью, никогда не иссякавшим пафосом бунтаря, «вечно юным неугомоном души». Пожалуй, без упоминания хотя бы некоторых ключевых фактов из биографии Бакунина нам будет непонятно, почему этот старый товарищ Герцена, всего на два года младше него, воспринимался народнической молодёжью 1860–1870-х годов не как отживший своё время «барин», а как авторитетный вождь и учитель.

Задолго до «хождения в народ» во время европейских революций 1848–1849 годов Бакунин стал делегатом Славянского съезда в Праге, где обсуждались перспективы национальных движений славянских народов. Он опубликовал «Воззвание к славянам», где призывал к развитию революционной борьбы и крушению Австрийской империи, а затем выступил в качестве одного из руководителей восстания в Дрездене, столице Саксонского королевства. Саксонские власти арестовали Бакунина, выдали Австрии, а та отдала политического преступника России. Несмотря на формальное покаяние перед императором Николаем I, выраженное в письменном изложении обстоятельств своего участия в революционном движении, тюрьма не сломила неунывающего бунтовщика, а его покаяние было совершенно неискренним.

После многолетнего заключения и ссылки в Сибирь Бакунин бежал оттуда и вновь стал активным революционером в Европе: участвовал в экспедиции по доставке оружия и десанта в Польшу через Балтийское море во время Польского восстания 1863–1864 годов. В ходе революционного брожения во Франции в результате поражения во Франко-прусской войне поддержал деятельность Парижской коммуны, а в Лионе присоединился к городскому восстанию и организации Лионской коммуны. Таким багажом опыта в революционном «портфолио» не мог похвастаться никакой другой русский эмигрант, и поэтому слово Бакунина было особенно ценным для русской молодёжи.

Таким словом в конце 1860-х годов стал призыв сближаться с народом. В то время Бакунин переехал из Италии в Женеву, где сошёлся с кругом молодых русских эмигрантов – Михаилом Элпидиным, Николаем Утиным и другими. Они решили выпускать революционный журнал на русском языке, который мог бы стать альтернативой «старой» революционной печати вроде герценовского «Колокола». Бакунин был выбран в качестве главного автора первого номера журнала «Народное дело» (1868. № 1).

В журнале Бакунин объяснял, что служение «науке», участие в просвещении и организации народного образования – дело, пожалуй, благородное, но не имеющее серьёзной перспективы. «Кажется, безвыходный круг: чтоб освободить народ, надо его научить; а для того, чтобы его научить, надо дать ему средства, охоту и время на учение, то есть надо освободить его из-под того политического и социального гнёта, которым он задавлен теперь». «Науке» Бакунин противопоставлял революционную пропаганду – против царя и за пробуждение в народе «сознания его собственной, со времени Пугачёва опять заснувшей силы».

Первый номер «Народного дела» получил распространение в молодёжной среде Петербурга в конце 1868 – начале 1869 годов, во время студенческих волнений в столичных вузах. На студенческих сходках читали и пересказывали статьи Бакунина, и приходили к выводу, что нужно «в качестве простых ремесленников и даже горнорабочих и батраков отправиться в самую гущу народную, слиться с народом и всем его повседневным обиходом», – так вспоминал народник Соломон Чудновский, в те годы студент Медико-хирургической академии. И хотя участники кружков в те месяцы не ушли «в народ», эта идея не будет снята с «повестки дня» в течение нескольких последующих лет.

Склонность к идеологии анархизма Бакунин проявил ещё в первые годы проживания за границей. В 1842 году под псевдонимом Жюль Элизар он опубликовал статью «Реакция в Германии», где впервые в своей биографии обосновал необходимость разрушения старого социального строя ради создания нового. Статья завершалась лозунгом, ставшим впоследствии знаменитым: «Страсть к разрушению есть вместе с тем и творческая страсть!».

Активной пропагандой анархизма Бакунин занимался в Первом интернационале (Международном товариществе рабочих) в конце 1860-х – начале 1870-х годов. По мнению Бакунина, Карл Маркс и его сторонники ошибались, предлагая создавать пролетарские политические партии и участвовать в различных формах легальной политической борьбы (выборах в представительные органы власти и подобном), да и государство после революционного взрыва должно быть немедленно уничтожено, его не нужно сохранять ради временных нужд пролетариата.

Наиболее обстоятельно Бакунин выразил свою анархическую доктрину в книге «Государственность и анархия» в 1873 году. В этой работе он утверждал, что любое государство, даже с формами «мнимого народного господства», господства пролетариата, которое предлагали марксисты, ведёт к эксплуатации народного труда, насилию и рабству, «государство именно и значит насилие». Идеал будущего общественного устройства виделся им в полном отсутствии государства, вместо которого должна существовать конфедерация самоуправляемых коммун, «вольный братский союз вольных производительных ассоциаций, общин и областных федераций».

«Государственность и анархия» была посвящена общеевропейской повестке, но в дополнение к основному тексту Бакунин написал «Прибавление А», где прокомментировал начавшееся в России «хождение в народ». Там он повторил свои мысли, что революционеры не должны тратить время на обучение народа «науке», народу достаточно лишь указать «пути и средства к его освобождению», подтолкнуть его к революционному бунту. Значительное количество народнических кружков 1870-х годов использовало «Прибавление А» в качестве программного документа и пыталось реализовать идеи Бакунина на практике. Тем самым сформировалось так называемое «бунтарское» направление в революционном народничестве.

Оттенки «бунтарей» среди семидесятников имелись: Николай Чарушин, например, разделял народников, настроенных на целенаправленную организацию массовых бунтов, и тех наивных революционеров, кто считал, что народ «совсем готов для выступления, и поэтому стоит только «зажечь спичку», как всенародный пожар будет готов». Тем не менее, и те, и другие смотрели на Бакунина как на своего идейного вдохновителя.

 

Но о том, как формировались первые непосредственно народнические кружки, мы поговорим в следующий раз.

 

 Виктор Кириллов