Новости

Крах доллара, золото и расчеты в национальных валютах. Мифы и реальность

На фоне начала СВО и санкционной политики резко активизировалась тема дедолларизации. Потом она несколько приутихла. Но вот опять сразу несколько публикаций, в т. ч. на ВО, на эту тему.

При наличии у авторов публикаций здравых идей, хочется отметить и ряд распространенных мифов, в плену которых весьма часто пребывают как пишущие, так и читающие.

Итак…
 

Золото

Первый и, пожалуй, самый популярный миф – использование металлического золота или его эквивалента (золотого стандарта) в международных расчетах как замены доллара.

Необходимо сразу разочаровать всех поклонников этого жанра, но за исключением отдельных узких нишевых задач про расчеты золотом можно забыть сразу.

Причин тому несколько.

Начнем с того, почему вообще мир ушел от расчетов золотом.

Монетарное золото, в отличие от всех современных валют, которые де-факто являются долговыми расписками, имеет свою конкретную товарную стоимость. То есть оно востребовано не только как средство платежа, но и как товар, обладающий собственным применением и собственной стоимостью.

Все современные мировые валюты, в отличие от золота, имеют лишь номинальную стоимость. В этом и заключается привлекательность золота. Оно слабо подвержено девальвации, хотя мировая история знает и такие примеры.

Но в этом же заключается и проблема золота как средства расчетов: золото вступает в конкуренцию само с собой.

Ведь золото – это не только символ богатства, но и промышленное сырье (включая ювелирку). И спрос на золото как сырье, и золото как денежную единицу может не совпадать, что, собственно, постоянно происходило в эпоху монетарного золота. И как следствие, цена золота как сырья и его цена как денег различны. Это как минимум неудобно.

Просто представьте сценку – «Продаем партию золота. Цена за унцию – две унции».
Рубль или иная бумага, обеспеченная золотом, этой проблемы не решает. Она, по сути, является варрантом, то есть складским свидетельством на предъявителя, по нему вам обязаны выдать некоторое количество золота, которое вы можете передать любому лицу в качестве расчетов, если это лицо готово его принять в оплату. Проблема двойственности золота от этого не исчезает. Именно это одна из причин, вызвавшая в свое время отказ от золотого стандарта.

Вторая причина – политическая.

Для чего вообще затевать дедолларизацию?

Правильный ответ – повысить конкурентность отечественной экономики. Подзадачей дедолларизации является снижение влияния на финансовые взаимоотношения основного конкурента в лице США.

Но чтобы рассчитаться золотом или его эквивалентами, необходимо определить его мировую стоимость. А давайте вспомним, где, собственно, определяется мировая цена на золото. Подсказка – это замечательные города: Нью-Йорк и Лондон. Что называется – приплыли.

Третья причина – чисто техническая.

Дело в том, что большинство международных взаиморасчётов – это не платежи между государством икс и государством игрек. Это расчеты между компаниями ООО «Ромашка» в государстве икс и Romashka Ltd. из государства игрек. Реализовав вагон бананов за золото или эквивалент, им после этого как минимум надо выплатить заработную плату сотрудникам. То есть должен быть выстроен относительно простой и доступный механизм конвертации в национальную валюту с минимальными комиссионными для участников.

Такой механизм может быть выстроен в идеале как универсально-мировой или хотя бы локально-региональный с привлечением нескольких (чем больше, тем лучше) государств-участников. В противном случае будет много узких мест и высокие транзакционные издержки.

Однако здесь возникает проблема – мы, как страна, находящаяся под санкциям, допустим, заинтересованы в создании такого механизма. Но насколько прочие участники процесса заинтересованы в этом? Надо ли им выстраивать такой механизм, если уже есть доступный и функционирующий, основанный на долларе? Проблемы индейцев шерифа не волнуют.

Ну и наконец последний и самый важный довод.

Допустим, что все вышеуказанные проблемы решены. Но и тогда золотой стандарт упрется в тупик.

Дело в том, что за последнюю сотню лет мир несколько изменился. Глобализация и международное разделение труда привело к существенному увеличению объема международных расчетов. К примеру, доля импорта в Российской империи в 1913 году составляла оценочно около 5 % от ВВП, в то время как в современной России она – от 18 до 21 %.

Кроме того, вспомним, что Глобальный Юг в эпоху существования золотого стандарта в подавляющем большинстве представлял собой колониальную систему, то есть участником международных расчетов вообще не был.

И здесь возникает еще один интересный вопрос – а хватит ли физического объема имеющегося золота для обеспечения международных расчетов?

На текущий момент, по данным Банка международных расчетов (BIS), ежедневный объем международных валютных операций в мире составляет 7,5 трлн долларов. Повторюсь – это объем операций за один день. А вот объемы оборота золота за весь 2023 год в мире составили 4 899 тонн, что примерно составляет 315 млрд долларов. За весь год. Это так, для сравнения.

Ладно. Мир миром, а что у нас.

На любимый статистиками 1913 год золотой запас Российской империи составлял 1 695 тонн. На 2023 год таковых 2 332 тонны, то есть на 37,6 % больше. Это при том, что доля импорта выросла с 5 % до почти 21 %.

В деньгах текущий золотой запас на начало 2023 года составлял 136 млрд долларов или примерно 12 586,8 млрд рублей. Совокупная денежная масса (так называемый – денежный агрегат М2) на январь 2023 года – 82 388 млрд рублей. То есть золотой запас покрывает 15,3 % денежной массы.

Международные расчеты занимают несколько меньший размер. Импортировано товаров в Россию за 2023 год порядка 213 млрд долларов. То есть единомоментно мы можем рассчитаться золотом или его эквивалентом лишь за половину годового импорта. При том, что обратный приход золота от российского экспорта маловероятен.

Конечно, не весь импорт требует расчета в золотых варрантах – где-то возможен взаимозачет, где-то еще что-то. Но и не весь золотой запас может быть использован как платежное средство, поскольку часть его является страховочным НЗ и еще часть является залоговым обеспечением под те или иные государственные долговые обязательства.

Можно еще оценить оборачиваемость золотого эквивалента или углубиться в дальнейшее рассмотрение всех нюансов этой темы, но принципиальной картины оно не изменит. Так что ситуация, надеюсь, ясна: золотой стандарт – это уже прошлое. Причем в первую очередь ввиду нехватки физического объема золота для обеспечения всех товарных и финансовых операций.

Может быть, он возродится когда-нибудь в будущем (наиболее вероятно в случае масштабной мировой катастрофы – не дай Бог), но не сейчас.
 

Национальные валюты

С расчетами в национальных валютах перспективы гораздо выше, прежде всего потому, что количество заинтересованных сторон больше, чем один.

Но тут тоже есть несколько но.

Причем эти но – это не происки мирового гегемона или евробюрократии. Это объективные экономические факторы, которых, собственно, два.

Первый – абсолютный размер национальной экономики.

Второй – объем внешнеторговых операций между двумя государствами-участниками расчетов.

Рассмотрим оба.

Однако сначала исключим еще один миф. Это – расчеты в юанях. Исключим по одной причине – если дело не касается конкретно российско-китайских отношений, то расчеты в юанях – это не расчеты в национальных валютах. Это замена одной зависимости на другую.

Инициировав взаиморасчеты в национальных валютах, первая проблема, с которой мы столкнемся – это оценка обменных курсов. Существуют два механизма оценки. Первый – биржевой. Но для его определения должен быть достаточный объем сделок между котируемыми валютами, т. е. он подходит для стран, имеющих интенсивный и достаточно большой взаимный товарооборот. В противном случае курс будет определяться через так называемые кросс-курсы, то есть через некую валюту, имеющую широкое мировое хождение. Подсказка – это доллар.

Иными словами, например, в торговле с Китаем взаимный обменный курс возможно установить относительно независимым от доллара, а вот во взаимодействии со странами Африки – практически нет.

Второй вопрос, который возникнет в ходе выстраивания двухсторонних отношений – это ликвидность получаемой в качестве платежей национальной валюты.

Напомним, что практически всё современные валюты мира не имеют собственной товарной стоимости. Только номинальную. По сути это долговые расписки обезличенной формы. Это значит, что любой из валют можно рассчитываться по платежам ровно на столько, насколько устоявшееся общественное мнение признает конкретную валюту в качестве законного платёжного средства.

Так, доллар США признается таковым почти в любой точке мира. А вот тоже доллар, но уже зимбабвийский – интересен разве что в качестве сувениров.

Ликвидность валюты определяется точно так же, как и долгового обязательства, солидностью и платежеспособностью выдавшего её лица. То есть абсолютными размерами экономики и ее устойчивостью.

Три основных мировых валюты – доллар, евро и юань являются таковыми, поскольку за ними стоят три экономических гиганта, обеспечивающих 60 % мирового ВВП. Всё прочие являются нишевыми или локальными валютами.

Как это влияет на взаиморасчеты в национальных валютах?

Если взаимные товарно-финансовые потоки между двумя странами примерно сопоставимы, то переход на расчёты в национальных валютах в целом не сильно проблематичен при прочих благоприятных условиях.

Однако если имеется заметная диспропорция в пользу одной из сторон, то здесь возникают проблемы.

Например, Россия поставляет в некую страну икс товаров на условные 100 единиц, обратный товарный поток составляет 50 условных единиц. При расчётах в долларах – это не проблема, их можно использовать при любых сделках с третьими странами. Но при расчётах в национальных валютах у России образуется сальдо в валюте страны икс, которую некуда использовать. Собственно, по этой причине произошла известная история с индийскими рупиями.

Таким образом, расчёты в национальных валютах ограничены наименьшим из встречных товарных потоков. Причем при крайнем случае этой ситуации – когда встречный поток равен нулю, будет и соответствующий результат взаиморасчетов.

Проблема частично решаема путем создания межнациональной клиринговой инфраструктуры. То есть, если найдется некая третья сторона игрек, имеющая торговые отношения и с Россией, и со страной икс, то, возможно, она будет готова принять в оплату национальную валюту страны икс. Причем при условии, что страна игрек имеет дисбаланс торговых отношений в пользу икс, иначе ей это будет неинтересно.

Как видим, клиринг решает проблему лишь частично и все равно оставляет много узких мест. Именно поэтому попытки обсуждения идей создания схожих институтов на уровне БРИКС на последнем саммите не привели даже к принятию внятного решения о возможности проработки такого механизма.

Что же мы имеем на выходе из всего сказанного?

Имеем очень занятную картинку, представленную на графике (позаимствован с ресурса tadviser.ru).
 

Как видно на графике, несмотря на все попытки снижения доли доллара в мировых расчетах, он уверено держит свои позиции. А в 2023 году даже достиг максимума за последние 10 лет. И он будет держать свои позиции, пока не возникнет простой и доступной альтернативы.

Возможно, такой альтернативой станет юань, если Китай этого захочет.

Быть может, будет создана международная квазивалюта БРИКС для внешнеэкономических расчетов. Такой опыт в мировой практике уже есть, например, европейский ECU или эмвээфовский SDR.

Но точно не рубль, даже если он и будет золотой. Просто не позволят масштабы. Так, если даже вдруг Россия сможет в краткосрочной перспективе нарастить свой ВВП на душу населения до уровня США, ее экономика все равно будет в два раза меньше.

Необходимо еще отметить популярный тезис о грядущем коллапсе американской финансовой системы, ввиду необеспеченности долларовой эмиссии.

Во-первых, доллар обеспечен статусом мировой валюты.

Во-вторых – да, коллапс возможен. Но в тот момент, когда это произойдет, мы все окажемся в несколько другой реальности, и не факт, что она нам понравится.

Поэтому на сегодняшний момент среди мировых правителей реально заинтересованных в коллапсе доллара нет. Как раз напротив, все будут стремиться к максимально медленному сдуванию пузыря.

Все ли так печально?

Вовсе нет.

Российская экономика, слава Богу, не самая последняя в мире. Хотя ее потенциал, к сожалению, используется далеко не полностью.

Российский рубль имеет шанс стать региональной валютой или весомой составной частью мировой квазивалюты, но этот шанс будет зависеть от уровня развития внутреннего производства и уровня благосостояния народа.

А для этого необходимо готовить полноценных грамотных экономистов (при всем обилии корочек у нас сейчас таковых почти нет), выстраивать экономическую, промышленную политику, систему подготовки кадров и т. д. Впрочем, это уже, как говорится, другая история.

Макс Добрый