Новости

Оправдание вышиванки

Принуждение к вышиванке заставляет вспомнить давнее определение «шароварщина»  которое касается другого, нижнего элемента нашего традиционного национального костюма. Оно вовсе не направлено против традиционных шаровар, которые носили в быту наши предки, но говорит о том, какую пошлость и глупость представляет собой народная одежда, когда ее заставляют носить по разнарядке, за пределами фольклорных праздников или свадебных обрядов в национальном стиле. Сегодня шароварщина внедряется в Украине на официальном уровне, как составная часть реакционной государственной политики архаизации общества. И вполне естественно, что от этого страдает сама вышиванка, которую превратили в смирительную рубаху патриотизма. Множество недовольных украинцев начинают воспринимать ее как что-то «жлобское» и «рагульское» – то есть, как символ торжествующей провинциальной отсталости и агрессивного этнического национализма.

Конечно, это несправедливая и неправильная оценка. Традиционная украинская рубаха является самым обычным элементом народной культуры, и она вовсе не виновата в том, что стала инструментом националистической политики украинских властей. Сама по себе вышиванка несет в себе не больше национализма, чем русская косоворотка или упомянутый выше шотландский килт. Более того, эта рубаха впервые стала выпускаться в промышленных масштабах именно в советские времена, когда она вошла в общесоюзную моду, вместе с  черкеской, тюбетейкой, бухарским халатом, и другими народными костюмами союзных республик, символизируя национальную эмансипацию освобожденных от царизма народов. Советские художники задним числом одевали в вышиванки Ленина, нередко делая это из совершенно конъюнктурных соображений. Вышиванки часто изображались на картинах сталинских времен – в том числе, вместе с изображением самого «вождя народов». Такие рубахи любил носить этнический русский – генсек Никита Хрущев, а одна из известных фотографий этой эпохи запечатлела одетого в украинскую рубаху Лаврентия Берия, против которого завели на днях дело украинские прокуроры.

Естественно, вожди диктовали моду для партактива – так, на известной картине «У парторга» художника Владимира Путейко, которую можно видеть в экспозиции Массандровского дворца, изображен одетый в вышиванку руководитель среднего звена, который сурово отчитывает провинившегося перед семьей комсомольца.

Кроме того, вышиванку активно носила городская интеллигенция – от физиков и математиков до представителей «лирических» творческих профессий, которые постоянно апеллировали к этой народной традиции. Тогда как молодые жители советского села, напротив, старались одеваться в городской современный костюм, считая его символом прогрессивной жизни и культурного быта.

Такая ситуация в целом сохранялась на Украине вплоть до конца восьмидесятых годов – когда вышиванку начали примерять на себя в качестве своего символа почувствовавшие сладкий вкус власти националисты. Сегодня они даже говорят о советских репрессиях против вышиванки – хотя этот миф легко разоблачается огромным количеством документальных свидетельств и художественных памятников, которые охватывают буквально весь период советской истории. 

Дело не в рубахе – дело в стремительно архаизирующемся обществе, которое пытается присвоить себе все знаковые символы и образы украинской культуры, наделяя их своими реакционными смыслами.

Андрей Манчук (в сокращении)