Новости

Поставки бывают разными

Украина снова импортирует электроэнергию.
 

«Украина возобновила импорт электроэнергии из России», — информация об этом впервые появилась в российских СМИ ещё в начале августа 2019 года. 

В отличие от темы газа, которую постоянно сопровождают какие-то спекуляции и скандалы, к теме импорта электроэнергии внимания всегда было меньше. Поэтому мало кто сходу скажет, когда и сколько электроэнергии покупала Украина у России и покупала ли вообще?

Для себя и на продажу

Вопрос может показаться странным. В 2018 году Украина экспортировала 6,16 млрд кВт⋅ч электроэнергии и 4,51 млрд кВт⋅ч — за 9 месяцев 2019-го. Т. е. она продолжает продавать энергию примерно в тех же объёмах. А раз страна сама продаёт электроэнергию, как она может в ней нуждаться? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо пояснить некоторые особенности производства и продажи электроэнергии на Украине. 

То, что идёт на экспорт, никак не пересекается с производством для собственных нужд. Экспортные киловатты генерирует т. н. Бурштынский энергоостров — обособленная часть ОЭС Украины, образованная Бурштынской, Ладыжинской и Добротворской ТЭС, работающая в параллельном режиме с Европейской энергетической системой UCTE. 

Источник: zet.in.ua

Частью ОЭС Украины энергоостров является скорее формально. Да, в случае форс-мажора он, наверное, может работать для обеспечения энергией украинских потребителей (по крайней мере, наверняка мог 24 года назад, когда его только начинали создавать). На практике же, когда в 2014–2015 гг. Украина сталкивалась с дефицитом генерирующих мощностей, никто не стал переключать энергоостров для работы на Украину, входящим в него ТЭС просто урезали поставки угля. Что, к слову, подводит нас к пониманию понятия «дефицит мощности» в украинских реалиях. Мощностей на Украине хватает. Но для их работы может не хватать угля, либо же этот уголь может слишком дорого стоить. 

Станции у нас есть, у нас угля не хватает

После того как в 2017 году Украина заблокировала поставки угля из ДНР и ЛНР, перед её энергосистемой встала нешуточная проблема. Примерно 35–38 % генерации — тепловые электростанции. Половина работала на антраците, закупить который в объёмах, необходимых в то время Украине (10–11 млн тонн), было проблематично с точки зрения логистики, а также наличия таких объёмов на рынке в принципе.

Проблему, конечно, решили. Часть мощностей перевели на другие марки угля, снизив потребность в антраците до 5,5 млн тонн в год. И большую его часть стали закупать… в России. Не только потому, что ближе и дешевле. Просто единственная альтернатива российскому углю — морские поставки, тогда как порты Украины просто не в состоянии перевалить такое количество угля. Нет угольных терминалов такой мощности, никто ведь и во сне не мог представить, что они понадобятся. 

С переходом части станций на импортный уголь изменилось и ценообразование у ТЭС, что отразилось в виде внедрения в работу энергорынка известной формулы «Роттердам+». Она позволила закладывать в себестоимость производства электроэнергии биржевые котировки угля на бирже в Роттердаме, а также стоимость его транспортировки на Украину. Впрочем, реальность выходила за рамки этой формулы, поскольку, к примеру, стоимость американского угля, а также угля большинства украинских шахт оказывалась выше, чем в Роттердаме. 

Таким образом, дефицит мощности образца 2014–2015 гг. в корне отличается от дефицита мощности в 2019 г. Тогда мощности не хватало из-за неблагоприятного графика ремонтов на АЭС, дефицита стока рек из-за малоснежных зим. Сегодняшний дефицит вызван ценовыми факторами. Правительство выкупает энергию по ценовым заявкам производителей, ориентируясь, разумеется, на самые низкие цены (исключая энергию солнца и ветра, обязательный выкуп которой защищён на законодательном уровне). Т. е. ТЭС может произвести энергию, но не сможет её продать. Как раз поэтому запасы угля на ТЭС так катастрофически малы: в сложившихся обстоятельствах производителям нет смысла его запасать.

Источник: strana.ua

В целом, по данным Минэнерго Украины на начало сентября 2019-го, запасы угля в 2,2 раза были ниже, чем в 2018-м (688 и 1573 тыс. тонн соответственно). Однако электроэнергия Украине была необходима для отопительного сезона. К тому же, согласно прогнозу Минэнерго, в этом году Украина сократит производство электроэнергии как минимум на 2,148 млрд кВт·ч в сравнении с прошлым годом. 

Вот тут-то мы и подходим к теме экспорта.

Поставки бывают разными

Для начала запомним разницу понятий «коммерческий экспорт», «аварийные поставки» и «переток». С первым проще всего — это и есть экспорт, в данном случае из России на Украину. Аварийные поставки могут осуществляться в рамках межправительственных соглашений, заключавшихся ещё при разделе общесоюзной собственности в начале 1990-х. Энергосистемы постсоветских государств во многом остаются частями некогда единой энергосистемы СССР. Это позволяет в критических ситуациях помочь соседу избежать блэкаута. Некоторое время назад Украина анонсировала своё стремление присоединиться к энергосистеме Евросоюза, т. е. когда-то ей придётся отказаться от возможности такой балансировки. Однако пока такая возможность сохраняется. 

Переток — это по сути то же самое, но не в аварийном режиме. Генерация и потребление электроэнергии «скачут» в течение суток, причём у России, Беларуси и Украины эти скачки могут не вполне совпадать. Чтобы не запускать мощности в одном государстве и не выключать их в другом, можно поступить проще: избыток энергии будет перетекать из ОЭС Украины в российскую или обратно. Это не требует специальных соглашений, а объёмы такого «экспорта» обычно невелики, поскольку соседи гоняют киловатты друг другу взаимозачётом.

Итак, в последний раз Украина именно импортировала электроэнергию из России ещё в 2015 году. К слову, Россия тоже — до тех пор, пока осенью 2015 года не были подорваны ЛЭП, поставлявшие электроэнергию в Крым. 

Причём тогда представители отрасли протестовали, мол, контракт предусматривает круглосуточный импорт, тогда как в ночное время Украина могла бы справляться и сама, но вынуждена останавливать собственные станции. Теперь таких жалоб не слышно.

Импорт под видом аварии

Как следует из информации, опубликованной в издании «Коммерсант», с 6 августа Украина «вновь начала импортировать энергию по контракту с "Интер РАОПосле чего «из РФ стабильно идёт примерно 0,8 ГВт мощности при сохраняющемся дефиците в энергосистеме Украины около 2 ГВт».

При этом импорт стартовал ещё раньше, просто украинская сторона оформляла это документально как аварийные поставки и даже перетоки: «Ещё в конце июля господин Демчишин дал указание оформлять импорт как перетоки по цене 0,08 долл. за 1 кВт⋅ч».

Любопытно, что сейчас Украина покупает электроэнергию за 0,042 долл./кВт·ч, т. е. ощутимо дешевле. Дело в том, что стоимость аварийных поставок выше. Но Украина платила эти деньги, лишь бы сохранить лицо и не признавать, что снова покупает электроэнергию у «оккупанта».

Так она действует уже не впервые. Похожим образом Украина поступила летом 2016 года, когда её ОЭС столкнулась с резким ростом потребления из-за жары, а нарастить выдачу не было возможности из-за ремонтов и плановых работ на блоках АЭС.

Впрочем, информация, озвученная изданием «Коммерсант», до последнего времени оставалась инсайдерской. А её подтверждение последовало только в начале октября 2019-го, когда о возобновлении закупок заявили в «Укрэнерго» и «Интер РАО». 

И это неслучайно. Прежде вопрос следовало урегулировать на законодательном уровне, разрешив импорт электроэнергии именно по двусторонним договорам, а не в аварийном режиме. Причём автор соответствующей поправки, глава энергетического комитета Верховной Рады Андрей Герус (эксперты настаивают, что он лоббировал возобновление экспорта в интересах своего патрона — олигарха Игоря Коломойского, чьи ферросплавные заводы нуждаются в дешёвой электроэнергии), в комментарии СМИ настаивал, что в сентябре Украина не импортировала электроэнергию из РФ: «На сегодня трейдеры могут импортировать электроэнергию из Беларуси и России. Импортировать и продавать на рынке "на сутки вперёд". Из Беларуси есть импорт, из РФ нет». 

На этом же настаивают и в «Укрэнерго».

Источник: kosatka.media со ссылкой на «Укрэнерго»

Т. е. врут либо источники «Коммерсанта», либо представители Украины. 

Наконец, любопытен объём поставок. В украинских СМИ можно встретить на эту тему два упоминания. О том, что «импорт ровным графиком мощностью 100 МВт осуществляло ООО "Юнайтед Энерджи"» и что «пять украинских компаний выкупили доступ к 1,1 ГВт пропускной способности сетей для импорта электроэнергии из России в октябре». Т. е. уже сейчас импортёры могут закрывать 1,4 из 2 ГВт дефицита мощностей (см. ниже данные об импорте из Беларуси), а в перспективе смогут покрывать до 1,6 ГВт. 

Упомянем также, что вскоре после принятия законопроекта, разблокировавшего экспорт электроэнергии из РФ и РБ, стало известно о том, что на Украину перестал поступать российский уголь, который до последнего времени поставлялся транзитом через Беларусь. Согласно информации украинской стороны, речь идёт о 300–400 тыс. тонн ежемесячно. «Отправители подавали заявки на РЖД с просьбой осуществить перевозку в направлении Беларуси. Со вчерашнего дня ни одна заявка не подтверждается», — заявил 3 октября председатель Независимого профсоюза горняков Украины Михаил Волынец, что совершенно логично. Для чего гнать на Украину уголь, если ей можно продавать электричество, т. е. товар с более высокой добавленной стоимостью.

Белорусские киловатты

Перейдём к Беларуси. На Украине достаточно бравурно связали начало поставок электроэнергии из РБ с т. н. стартом нового рынка электроэнергии. Новый он разве что для самой Украины и обозначает переход к алгоритмам балансировки и расчётов, которыми уже давно пользуются соседи Украины, причём как в ЕС, так и в Союзном государстве. Поэтому когда в «Укрэнерго» говорят, что «старт нового рынка электроэнергии открыл возможность импорта электроэнергии... Уже с 15 июля… начались импортные поставки из Венгрии. Кроме того, с 10 июля начался импорт электроэнергии из Беларуси», то не совсем понятно, что там имеют в виду. Ведь в том же 2015 году Украина покупала энергию в России без всякого нового рынка. 

Как видим, пока объёмы импорта достаточно скромны и далеки от того, чтобы сделать Украину чистым импортёром. Впрочем, по оценке уже упомянутого Геруса, в перспективе мощность выдачи из Беларуси может достигнуть 500 МВт, тогда как сейчас она колеблется в районе 100–300 МВт.

Законопроект, разблокировавший поставки электроэнергии из России и Беларуси по двусторонним контрактам, был поддержан украинскими депутатами 19 сентября. А уже 20 сентября о наличии долгосрочного контракта с «Белэнерго» заявила «Газоснабжающая компания "Нафтогаз Украины"». Причём в сообщении пресс-службы говорится не только о наличии самого контакта, но и о реализации первых объёмов электроэнергии, что снова-таки заставляет предположить некоторое несоответствие. Похоже, что в сентябре импорт просто узаконили, сделав это явочным порядком, когда отрицать наличие именно импорта, а не аварийных поставок или перетоков стало уже невозможно. Хотя, как видим, в статистике «Укрэнерго» летние объёмы поставок из РФ, в отличие от белорусских, всё равно не отражены. 

В свою очередь, Беларусь не слишком уж переживает по поводу упомянутой ежемесячной потери 300–400 тыс. тонн транзита, ведь маячит доступ к куда более выгодному для неё рынку. Президент Александр Лукашенко, выступая на брифинге, посвящённом открытию II Форума регионов Беларуси и Украины, перечислил целый ряд направлений, в которых страны договорились налаживать и углублять сотрудничество. В самом конце этого списка значилось «и электроэнергию после ввода атомной станции». О цене президент говорить не стал, однако из оговорки было ясно, что и этот вопрос также обсуждался и предварительные договорённости по нему есть. 

По сути, это заявка на то, чтобы закрыть половину текущего дефицита мощности энергосистемы Украины за счёт своего экспорта. А в случае увеличения дефицита — и больше, возобновив экспорт электроэнергии в Россию. Маржа после перепродажи её Украине всё равно будет положительной. Ранее мы видели, что в Киеве готовы переплачивать вдвое, лишь бы не слишком светить свою зависимость от поставок из Москвы. «Реверсный» газ Украина потребляет с конца 2015 года, почему бы не появиться и реверсной электроэнергии?

С момента принятия законопроекта Геруса его обвиняют в лоббировании интересов Коломойского, а самого Коломойского считают реальным автором этой идеи. «Мы сейчас с коллегами готовим наши поправки, хотим зарегистрировать законопроект, который бы отмотал ситуацию назад и обеспечил нам возможность взаимодействия, скажем, когда нужно, с Беларусью, но вместе с тем не позволял бы торговлю с агрессором ради обогащения отдельных олигархов», — заявила председатель парламентского комитета по вопросам интеграции Украины с ЕС Иванна Климпуш-Цинцадзе. 

И это не единственная её претензия к изменению правил игры на энергетическом рынке. Она и прочие еврооптимисты опасаются, что такой шаг со стороны Украины может стать препятствием для интеграции украинского и европейского энергорынков. 

Поэтому Беларусь, конечно, да, но Россия ни в коем случае. 

Отыграть не выйдет

Понятное дело, что еврооптимисты далеки от реальности интеграции на своих восточных и северных границах и могут даже не знать о работе по созданию энергорынка ЕАЭС. А значит, покупая энергию у Беларуси, они даже не будут знать о том, чью же энергию они в действительности приобретают. Впрочем, и это не главное.

В 2018 году Украина экспортировала из России 3,8 млн тонн антрацита, что составило заметную часть его потребления ТЭС и ТЭЦ (всего тепловые электростанции и электроцентрали в позапрошлом году израсходовали 5,4 млн тонн антрацита). Блокируя ж/д транзит по белорусскому маршруту, Москва оставляет Украине не слишком много шансов для того, чтобы отыграть назад и снова изъять из закона возможность заключения двусторонних договоров на импорт электроэнергии из России. По крайней мере, до окончания отопительного сезона провернуть это вряд ли получится. 

А после? Тоже сомнительно. Дело в том, что транспортная блокада Донбасса — лишь видимая причина введения формулы «Роттердам+» в 2017 году. Менее известной является иное обстоятельство: окружение Петра Порошенко к тому времени взяло под контроль компанию «Центрэнерго» (17 % тепловой генерации Украины). Установление твёрдой формулы на вычисление себестоимости производства электроэнергии открывало колоссальные перспективы для обогащения — уголь-то совсем необязательно было завозить по «роттердамской» стоимости. 

По оценке на конец 2018 года, в 2016–2018 гг. из предприятия путём различных махинаций вывели 14 млрд грн., т. е. более 0,5 млрд долларов. Такую оценку озвучила компания «Баланс-групп» — один из претендентов на покупку «Центрэнерго». 

Уже через два дня после инаугурации Владимира Зеленского стало известно о том, что Специализированная антикоррупционная прокуратура Украины начала расследование в отношении возможных злоупотреблений в компании, к которым могут быть причастны Пётр Порошенко и Игорь Кононенко (курировал компанию). Ну а Климпуш-Цинцадзе, заявившая о намерении «отмотать назад», — член порошенковской фракции в Верховной Раде «Европейская солидарность».

Иными словами, пока во власти находились Порошенко и его свита, которые были кровно заинтересованы в работе «Центрэнерго» на как можно более дорогом угле, у Украины не было ни единого шанса поправить свой баланс за счёт дешёвого импорта. Так, согласно исследованию рынка тепловой электроэнергетики, проведённому организацией Carbon Tracker в конце прошлого года, себестоимость производства электроэнергии на ТЭС Украины доходила до 70 долл./МВт·ч. Это один из самых высоких показателей в мире. И это в 1,67 раза превышает стоимость импорта из РФ по актуальным контрактам. 

Дело не только в дорогом импортном угле и «Роттердам+». Собственный уголь Украина уже давно покупает ещё дороже. Себестоимость добычи угля в украинских госшахтах на июль 2019 года составляла без малого 4000 грн. за тонну.

Источник: совещание по энергетике в Офисе президента Украины, август 2019 года

Иными словами, импорт из Беларуси и России для украинской энергетики — спасительная соломинка. Инвестировав ресурсы в собственную добычу, она, возможно, сможет снизить себестоимость добычи до рыночных значений. Однако до тех пор работа её тепловой энергетики даже на относительно дешёвом угле из США и ЮАР слишком затратна — тариф ниже стоимости угля. Платить за это приходится постепенной деградацией мощностей АЭС, ведь необходимые для поддержания работы ТЭС ресурсы извлекаются как раз из низкого тарифа атомных станций. 

Что на практике

Ещё в августе прошлого года замминистра энергетики Беларуси Михаил Михадюк заявил о том, что ожидает удвоения объёмов экспорта: «В 2019 году уже преодолели рубеж в 1 млрд кВт·ч. Ожидаем, что в текущем году в два раза по сравнению с прошлым нарастим объём экспорта». В конце ноября ещё один замминистра — Вадим Закревский — подтвердил этот прогноз, а также озвучил планы на будущее: «По итогам года общий объём экспорта электроэнергии может составить 2 млрд кВт·ч [по словам украинской стороны, даже 2,1 млрд. — СОНАР-2050]. В прошлом было около 1 млрд кВт·ч. Экспорт теоретически может вырасти и до 4 млрд кВт·ч». Так это или нет, узнаем совсем скоро. По итогам января — сентября экспорт вырос до 1,51 млрд кВт·ч (плюс 94,2 % в сравнении с аналогичным периодом 2018 года), ждём данных за октябрь и ноябрь. А вот в декабре экспорта на Украину не было, причём причины этого стороны называют разные. 

В «Белэнерго» сослались на ремонтные работы, тогда как на Украине причиной временного прекращения импорта назвали высокую цену. И это странно, поскольку импорт электроэнергии из Беларуси был вызван как раз стремлением Украины удешевить собственную усреднённую оптовую стоимость электроэнергии, на которую давит высокая себестоимость тепловой генерации, а также сверхдорогой зелёный тариф. К тому же украинцев уже начали готовить к подорожанию электроэнергии в 2020 году, об этом открыто заявил глава Нацкомиссии по энергетике и коммунальным услугам Валерий Тарасюк.

Поэтому причина в ином.

Во-первых, в усилиях лоббистов тепловой генерации: импорт отбирает доходы у собственников ТЭС. Кстати, их аргумент как раз противоположный: белорусская (и российская) электроэнергия поставляется по демпинговым ценам. 

Драка известного политика Олега Ляшко и Андрея Геруса стала выходом этого конфликта в публичную плоскость. Но это лишь надводная часть айсберга. 

В дело пошли даже дипломатические аргументы: мол, импорт электроэнергии из РБ ухудшит отношения Украины и Литвы, которая выступает против строительства БелАЭС. 

Во-вторых, из-за неожиданно тёплого ноября оператору ОЭС Украины приходилось не только отказывать заявкам ТЭС, но и выводить в резерв блоки АЭС (и с этой точки зрения белорусский импорт действительно дорогой), и даже вовсе пойти на немыслимое: впервые ограничить зелёную генерацию. Из-за этого член комитета ВР по вопросам энергетики и жилищно-коммунальных услуг Андрей Жупанин связал дальнейшие закупки с дефицитом собственных мощностей. Мол, будет дефицит — будем покупать.

Однако всё это не означает, что от белорусского (и даже российского!) импорта Украина откажется в системе. Это уже попросту невозможно. 

1. В прогнозный баланс украинского Минэнерго на 2020 год уже заложено увеличение импорта электроэнергии до 4,14 млрд кВт·ч, т. е. примерно до тех объёмов, о которых говорил и Вадим Закревский. Что, в свою очередь, заставляет предположить, что объёмы импорта уже согласованы на межгосударственном уровне. И изменить их можно разве что в сторону увеличения (в текущем году Украина собиралась импортировать 1,5 млрд кВт·ч, а по факту закупит не менее двух млрд). 

2. Минэнерго не ограничивается прогнозными балансами. Белорусские и украинские энергетики в конце ноября обсуждали вопрос строительства дополнительных линий электропередач. «Речь шла о линии между украинской Ровенской областью и белорусской Брестской. Обсуждался и вопрос строительства вставок постоянного тока на существующих ВЛ 330 кВ между ОЭС Беларуси и ОЭС Украины: Мозырь — Чернобыльская АЭС, Гомель — Чернигов», — сообщает hromadske.ua со ссылкой на свои источники в Минэнерго Украины. 

3. Удешевление тарифов (в данном случае за счёт импорта) — часть политической программы Владимира Зеленского. В октябре подан, а в декабре принят соответствующий законопроект. «Депутаты внесли ряд важных изменений в закон о рынке электроэнергии. Самые главные — фактическая легализация импорта электроэнергии из России и Беларуси, которая по факту уже идёт и сейчас», — пишет издание «Страна.ua». 

Правда, заметить эту легализацию могут не все, поскольку в законе зафиксирован запрет на импорт электроэнергии из РФ по двусторонним договорам. Однако руководитель специальных проектов НТЦ «Психея» Геннадий Рябцев поясняет, в чём тут дело: «Это просто название такое, которое означает, что нельзя импортировать на энергорынок или по долгосрочным договорам. По краткосрочным можно. То есть фактически импорт электроэнергии из России снова легализован».

Иными словами, схема примерно та же, что и ранее с аварийными поставками. Официально импорта нет, а по факту поставки идут в ощутимых объёмах. Единственное, чего удалось добиться лоббистам, — введения небольшой пошлины на импорт электроэнергии из РФ.

Задел на будущее

В свою очередь, для России и Беларуси сложившаяся ситуация — хороший шанс выйти на ёмкий рынок электроэнергии (150–160 млрд кВт·ч в год). 

Напомним также, что этот рынок не только ёмкий, но и имеет перспективу сокращения производства вместе с постепенным прекращением эксплуатации энергоблоков АЭС. Украина в своём стремлении стать частью европейского энергорынка, возможно, не отдаёт себе отчёт, что платой за это будет принудительный вывод из эксплуатации как минимум части блоков Ровенской АЭС (как самой старой из действующих). Точно так же, как это произошло на АЭС «Козлодуй» (Болгария) в 2002–2006 гг. (Ровенская АЭС тоже эксплуатирует реакторы типа ВВЭР-440). К тому же планы интеграции с энергорынком ЕС предусматривают перевод в экспортный режим блока № 2 Хмельницкой АЭС. В сумме это означает потерю почти двух ГВт установленной мощности атомной генерации без перспектив их заместить. Так, блоки № 3 и 4 ХАЭС, которые только планируется достроить, тоже будут работать на экспорт, тогда как иных энергоблоков на своих АЭС Украина строить пока не планирует.  В целом сторонники евроинтеграции мыслят верно: текущая ситуация в перспективе действительно ведёт к усилению энергетической зависимости Украины от России и Беларуси, которые к тому же выступают единым фронтом. Однако евроинтеграторы упускают из внимания, что никаких внятных альтернатив этому Украина не формулирует. Не говоря уже о том, что более выгодных ценовых предложений по экспорту электроэнергии Украине никто не предложит. 

sonar2050

Раздел "Авторы" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Мнение автора материала может не совпадать с позицией редакции. Редакция не отвечает за достоверность изложенных автором фактов.