Новости

Россия – ЕАЭС – Африка: факторы ускоренного сближения

Министр финансов ЮАР Энох Годонгвана в конце января с. г. заявил в Претории на переговорах по вопросам торговли с рядом стран Южной Африки о том, что её страна «будет отстаивать основные принципы Африканской континентальной зоны свободной торговли (AfCFTA) в расширенной группе развивающихся стран в рамках БРИКС».

Поясним, AfCFTA – крупнейшая в мире зона свободной торговли, объединяющая все 55 стран Африканского союза и восемь региональных экономических сообществ континента. Её целью является создание единого континентального рынка с населением около 1,3 миллиарда человек и совокупным валовым внутренним продуктом около 3,4 трлн долл. (около 300 трлн рублей).

Секретариат Африканской континентальной зоны свободной торговли в конце 2023 г. представил первый в истории этой зоны план действий частного сектора AfCFTA, в котором участвуют 12 гигантов индустрии, обязующихся реализовать совместные (двух- и многосторонние) проекты по развитию автомобильной промышленности, сельского хозяйства и агропереработки, фармацевтики, а также логистики и транспорта. По мнению генерального секретаря AfCFTA Вамкеле Мене (Гана), «эти обязательства на общую сумму 130 миллиардов долларов (11,6 триллиона рублей) обозначат значительный скачок в реализации потенциала общеафриканской экономики и торговли». В этой связи, как считает Э. Годонгвана, «план развития частного сектора в AfCFTA и расширение блока БРИКС – это два важнейших события для южноафриканской экономики в 2023 году» (к межгосударственному объединению БРИКС с 2024 г. присоединились Египет, Иран, ОАЭ и Эфиопия).

В свою очередь, министр экономики ОАЭ Абдулла бин Тук Аль-Марри уверен, что «повестка дня Юг – Юг стала самым важным фактором для присоединения к БРИКС. Членство в объединении принесет много пользы с геоэкономической точки зрения. Поэтому ОАЭ выделили средства в Новый банк развития БРИКС». 

Курс Южной Африки на экономическую диверсификацию встречает сопротивление на Капитолийском холме, где рассматривают законопроект о пересмотре отношений с ЮАР, способный нанести ущерб не только ей, но и самим Соединённым Штатам. Возможное исключение Претории из Закона о росте и возможностях Африки (AGOA) закроет беспошлинный доступ на рынок США для некоторых товаров. «Любая попытка исключить нас из AGOA подорвёт региональную интеграцию и цепочки создания стоимости. В случае принятия законопроекта будут разрушены двусторонние отношения, включая экономические. ЮАР является крупнейшим импортером американских товаров в Африке к югу от Сахары и крупнейшим источником прямых иностранных инвестиций в США с африканского континента. В 2022 году мы экспортировали в США в три раза больше, чем следующая за нами Нигерия, что сделало нас крупнейшим экспортером на континенте», – отмечает министр иностранных дел и сотрудничества ЮАР Наледи Пандор, добавляя: в 2021 году США завезли из ЮАР почти 100% необходимого им хрома, а также более 25% марганца, титана и платины, «мы (ЮАР) также поставляем 12 из 50 минеральных продуктов, определенных геологической службой США как критически важные для интересов США».

И хотя в ЮАР выражают надежду на укрепление отношений и в будущем, колониалистские подходы коллективного Запада оставляют на это мало шансов, открывая дорогу альтернативным направлениям внешнеэкономических связей, в частности в рамках БРИКС. Симптоматично, что вот уже более года Южно-Африканская Республика и Евросоюз не могут согласовать дату проведения очередного двухстороннего саммита. На неоднократные запросы из Брюсселя ответа нет. Создавшаяся ситуация увеличивает обеспокоенность Запада по поводу всё более активного сотрудничества с Москвой и Пекином, не уделяя достаточного внимания Вашингтону и Брюсселю. Крупнейшим торговым партнером ЮАР является Китай: объем двусторонней торговли между двумя государствами превысил в 2022 году 56,3 млрд долл.

Серьёзно возрос в 2023 г. и российский экспорт в страны Африки, составив, по данным ФТС, 19,8 млрд долл. в сравнении с 12,9 млрд долл. в 2022 г. Импорт увеличился до 3,1 млрд долл. (2,8 млрд долл. в 2022 г.). В текущем году, согласно экспертным оценкам, эти показатели превысят уровень 2023 г. минимум на 15%. Доля РФ в торговле ЕАЭС с Африкой составляет не менее 80%; в то же время следует отметить, что совокупный товарооборот Белоруссии и Казахстана с африканскими странами за 2023 г. возрос почти на 20%. В текущем году данный показатель повысится на 15-17% (в основном за счёт внешнеторговых африканских контрактов Белоруссии на 2024 г.). В целом объём торговли стран Африки с ЕАЭС за истекшие 7 лет увеличился на 60%.

Крупнейшими торговыми партнерами России / ЕАЭС в Африке с начала 2020-х остаются Египет, Алжир, Марокко, Нигерия, Гана, Танзания и ЮАР; с 2022-23 гг. растёт товарооборот с Эфиопией, Ганой, Зимбабве, Мали, Мозамбиком, Сенегалом, Гвинеей-Бисау, ЦАР, Угандой, Экваториальной Гвинеей. 

Что касается товарной структуры обоюдной торговли, в экспорте из РФ-ЕАЭС к настоящему времени преобладают пшеница, ячмень, мука (свыше 25%), химические удобрения (до 20%), нефть и нефтепродукты (около 20%), промышленное, транспортное и энергооборудование (15%). Импорт представлен рудами марганца и некоторых цветных металлов, тропическими и субтропическими фруктами, овощами, кофе, какао-бобами, сырьем для текстильной и рыбной промышленности. 

Экспертным сообществом в РФ / ЕАЭС прогнозируется долговременное увеличение поставок в Африку, прежде всего, химудобрений и оборудования, а также встречных поставок упомянутой африканской продукции – особенно сырья для цветной металлургии, легпрома и пищевой промышленности. Пока в структуре товарооборота около 85% приходится на экспорт, 15% на импорт. Необходимо искать пути наращивания импорта товаров с Африканского континента, а стало быть – инвестиций. В Африке сосредоточено до 40% общемировых запасов золота, до 90% – хрома и платины, значительные запасы кобальта, алмазов и урана. На долю Африки приходится 65% мировых пахотных земель и около 10% внутренних возобновляемых источников пресной воды. Соответственно, повышение доли оборудования в белорусском и особенно в российском экспорте обусловлено реализацией в Африке с участием РФ ряда промышленных, энергетических и инфраструктурных проектов.

В долгосрочном плане важно и то, что доля рубля РФ и других дружественных валют во взаиморасчётах (юань КНР, доллар Гонконга, ранд ЮАР, дирхам ОАЭ, франки Центральной и Западной Африки) в целом  выросла к осени 2023 г. почти до 80%; в том числе расчёты в российских рублях увеличились до 48,3%. К началу 2024 года доля рубля повысилась до 48%, других дружественных валют составила около 17%. Вместе с тем, по имеющейся информации, не менее трети рублёвых расчётов сперва проводилось в других дружественных валютах из-за высокого девальвационного курса рубля, после чего осуществлялась конвертация «дружественных» валют в рубли. Это задерживало поступление платежей обеим сторонам и обозначило их недополучение в размере 13-16% (из-за попутных курсовых переплат ввиду такой схемы конвертаций). Например, из-за упомянутого курса рубля его доля во взаиморасчётах с Африкой снизилась в июле-первой половине октября 2023 г. более чем наполовину. Затем ситуация стала выравниваться за счёт, как было указано выше, первоначальной «непрямой» конвертации, сопровождающейся известными издержками. 

В этой связи востребована именно бессрочная господдержка конкурентоспособности, т. е. высокой платежно-покупательной способности рубля в отношении инвалют по примеру, скажем, традиционного (прямого и косвенного) регулирования внутренней и внешней платежеспособности действующего с начала 1960-х франка Центральной и Западной Африки с участием Франции. Подобного рода политика предопределяет сохранение зоны западно-африканского франка в постколониальных государствах Сахеля (Мали, Нигер, Буркина-Фасо и ЦАР), упразднивших в 2022-23 гг. военно-политический союз с Францией.

В последние 10 лет неравенство между странами Запада и Африки возросло

ВВП по ППС, тыс. в ценах 2022 г.

 

Развитые страны (в среднем по ОЭСР)

 

 

 

Африка южнее Сахары

 

 

 

Разница, раз

 

 

 

1980

 

 

 

31,5

 

 

 

3,8

 

 

 

8,2

 

 

 

1990

 

 

 

40,4

 

 

 

3,5

 

 

 

11,6

 

 

 

2000

 

 

 

48,8

 

 

 

3,3

 

 

 

14,8

 

 

 

2010

 

 

 

54,2

 

 

 

4,3

 

 

 

12,5

 

 

 

2015

 

 

 

57,5

 

 

 

4,7

 

 

 

12,3

 

 

 

2016

 

 

 

58,2

 

 

 

4,6

 

 

 

12,6

 

 

 

2017

 

 

 

59,4

 

 

 

4,6

 

 

 

12,8

 

 

 

2018

 

 

 

60,5

 

 

 

4,7

 

 

 

13

 

 

 

2019

 

 

 

61,3

 

 

 

4,7

 

 

 

13,1

 

 

 

2020

 

 

 

58,4

 

 

 

4,5

 

 

 

13,1

 

 

 

2021

 

 

 

61,5

 

 

 

4,6

 

 

 

13,5

 

 

 

2022

 

 

 

62,9

 

 

 

4,6

 

 

 

13,6

 

 

 

2023

 

 

 

65,9

 

 

 

4,8

 

 

 

13,6

 

 

 

Источник: МВФ

 

В более широком контексте, вполне можно согласиться с президентом Экваториальной Гвинеи М.Н. Мбасого: «Есть страны, которые не хотят развития Африки, но хотят и впредь пользоваться нашими ресурсами. Но африканцы просыпаются, и ничего от таких стран мы не сможем получить для укрепления нашей экономики». По его мнению, «избавляться от неоколониализма, навязываемого бывшими колониальными державами, помогает сотрудничество с Россией и Белорусией».

 ДМИТРИЙ НЕФЁДОВ