Новости

Таджикистан и Кыргызстан быстро беднеют без денежных переводов мигрантов

Пандемия и вызванный ею экономический кризис привёл к карантину в России и Казахстане, где работает миллионы трудовых мигрантов из Центральной Азии. И сразу стал мелеть поток денежных переводов от мигрантов, которые составляют значительную долю ВВП Таджикистана и Кыргызстана. По мнению экспертов, теперь стоит ожидать роста госдолга и бедности населения.

Обвал денежных переводов уже привёл к снижению покупательской способности населения, в свою очередь это ведёт к торможению экономической активности внутри страны. Эти и другие факторы больше всего бьют по и так небогатым людям, учитывая, что в обеих названных странах мигранты присылали на родину средства размером до трети ВВП страны.

По мнению экспертов, многое зависит теперь от возобновления экономического роста в Казахстане и России, которые потянут за собой и другие страны и вновь смогут предоставить работу трудовым мигрантам. До тех пор целому пласту населения придётся потуже «затянуть пояса», а правительства вновь начнут выпрашивать кредиты у Китая.

К чему приведёт обвал денежных переводов мигрантов в интервью «Ритму Евразии» рассказали эксперты из Кыргызстана и Таджикистана.

Где Кыргызстану взять недостающие миллиарды?

Сопредседатель Клуба региональных экспертов «Пикир» из Кыргызстана Игорь Шестаков:

– На экономике Кыргызстана это скажется крайне негативно, поскольку мы не привыкли жить без денежных вливаний трудовых мигрантов. Они отправляли домой около $2,5 млрд в год, и эти деньги играли существенную роль в таких сферах, как торговля, строительство, образование, транспорт, сфера услуг. Кроме того, за счёт этих средств поддерживалась деятельность финансового сектора и, соответственно, укреплялась национальная валюта по отношению к доллару, ведь переводы осуществлялись в иностранной валюте.

Вообще мигранты были подушкой безопасности для социально-экономической и общественно-политической ситуации, т. к. у значительной части населения был стабильный источник доходов. Я давно говорил, что если значительная часть мигрантов вернётся в Кыргызстан, то нас могут ждать еженедельные революции. Потому что такая масса незанятого населения, а это порядка 800 тыс. человек, это достаточно серьёзный фактор, который могут использовать разные политические силы. Также нужно учитывать, что в РФ находится ещё порядка полумиллиона наших соотечественников с российскими паспортами. Многие из них имеют только сам паспорт, без жилья и прописки. Поэтому они тоже могут попасть в число тех, кто может вернуться.

А вернуться по прогнозам в этом году может около 80-100 тыс. кыргызстанцев, потому что мигранты прекрасно понимают, что на родине им рассчитывать особо не на что. Да и те, кто вернулся, будут ждать, когда в России ситуация стабилизируется, чтобы снова туда поехать на заработки.

Такая неопределённая ситуация из-за коронавируса может затянуться минимум на два года. Но нужно ещё раз отметить, что Кыргызстан не умеет и не знает, как жить без денежных переводов мигрантов.

– Кыргызстан в этом году уже набрал немало кредитов, власти и дальше будут наращивать долг, чтобы покрыть дефицит бюджета?

– Сложно сказать. Тут вопрос не в том, что мы берём взаймы, а в том, будут ли нам теперь давать. А вопрос перед парламентскими выборами – брать ли займы, может быть чреват для правительства, потому что эта тема может быть использована для раскачки ситуации. У оппозиции будет весомый повод для критики действующей власти. Поэтому путь займов – это скользкий путь для действующей власти.

Бюджет у нас будет рассчитывать на грантовую помощь со стороны России, Китая и международных финансовых организаций.

Экономист Нургуль Акимова (Кыргызстан):

– Денежные переводы – один из немаловажных источников поступления денег в экономику Кыргызстана, наряду с экспортной выручкой. В этом году по известным причинам ВВП КР за январь-апрель уменьшился на 3,8%. Отрицательные тенденции наблюдались в строительстве, оптовой и розничной торговле.

Первые 10-15 лет после массового оттока рабочей силы из Кыргызстана присылаемые ими деньги тратились в основном на учебу, здоровье и строительство жилья для семьи. Но со временем, когда потребности насытились, всё больше средств от мигрантов стали инвестировать в мелкий бизнес, в основном в сферу услуг. Благодаря этому вкладу в экономику страны каждый год увеличивается число рабочих мест.

Такой позитивный тренд всегда декларировался властью как её заслуга. Но когда из-за коронавируса закрылись границы, трудящиеся оказались мало кому нужны и не могут надеяться на социальные блага. Хотя раньше они платили налоги в бюджет.

Теперь по итогу 2020 года население Кыргызстана станет потреблять существенно меньше. Так как каждая пятая семья зависит от переводов родственников из-за рубежа, это напрямую влияет на их платежеспособность.

– Потеря этих поступлений окажет давление на курс национальной валюты?

– Несомненно. У нас импорт составлял $5 млрд, а экспорт $2 млрд. Для поддержки курса остальные $3 млрд мы брали от денежных переводов мигрантов и иностранных инвестиций (как и внешние займы).

Причём поступления от кредитов и прямые иностранные инвестиции – это всё долг, потому что рано или поздно их нужно возвращать. В будущем мы оплатим их с процентами. Наша модель сохранения макростабильности зависит в том числе от размера внешнего долга.

А вот переводы мигрантов – это те деньги, которые остаются в стране и развивают местный бизнес, который обслуживает население. Фактически это вклад в индустриализацию и развитие страны, т. к. увеличивает реальный сектор экономики. Если трудовые мигранты перестанут присылать в Кыргызстан заработанные за границей деньги, то у нас, соответственно, снизится экономика и пойдёт рост безработицы и другие проблемы.

Трудный год для Таджикистана

Кандидат политических наук, доцент филиала МГУ в Душанбе Глеб Коваленко:

– Проблема сокращения денежных переводов таджикских трудовых мигрантов наблюдется уже с декабря прошлого года. Весной, конечно, переводы просто обвалились, так как мигранты находятся на карантине в бедственном положении. Большинство из них потеряли свою работу.

Кроме того, ещё до коронавируса Нацбанк Таджикистана с февраля практически полностью взял под контроль переводы, поступающие в страну. Людям стало не очень выгодно переводить деньги т. к. процент за принудительный обмен не всех устраивал. Отправляли в российской валюте или в долларах, а получали исключительно в сомани и непонятно, по какому курсу.

Коронавирус принёс новые проблемы. Госбюджет на 2020-2021 год пострадает очень сильно, о чем свидетельствует недавнее заявление президента Эмомали Рахмона о том, чтобы люди затянули пояса на ближайшие два года, закупали продукты, экономили деньги. Это всё говорит о том, что нас в ближайшие годы ожидает серьёзный экономический кризис.

Непонятно, когда закончится эпидемия в России и восстановится работа её экономики. Поэтому сейчас пока рано говорить, насколько сильно мы понесём финансовые потери.

– Будет ли Таджикистан наращивать госдолг, чтобы покрыть дефицит?

– Буквально на днях Таджикистан уже взял новый кредит почти на 200 млн долларов, естественно, внешний долг у нас будет только расти, расти и расти. И основными нашими кредиторами будут выступать, конечно же, традиционно Китай и все остальные международные финансовые институты, которые в принципе всем помогают.

– Правительство сможет удержать жизненный уровень населения от сильного падения?

– Бюджет республики более чем на 40% состоит от переводов мигрантов, вторая статья – налоги и потом всё остальное. В стране больше месяца не работают крупнейшие рынки и торговые центры. Прибыли нет, денег нет, переводов нет, соответственно, сокращается налогооблагаемая база. Безусловно, бедность будет расти.

Это касается не только Таджикистана, но и почти всех стран мира, но по нам это ударит особенно сильно. Падение покупательной способности населения ощущается уже сейчас, в том числе и среди бюджетников, практически половину госслужащих отправили в неоплачиваемый отпуск.

Политолог Негматулло Мирсаидов (Таджикистан):

– В 2019 году таджикские мигранты перевели из России на родину более $2,6 млрд. Большинство из них работает в сфере строительства. Примерно половина наших мигрантов за последние два месяца потеряли работу. Многие в этом году, как приехали в РФ, тут же столкнулись с трудностями. Кто успел получить работу, а кто – и нет. Это касается и тех, кто работает в сфере коммунальных услуг, промышленности и торговли. С учетом всех обстоятельств за первое полугодие объём переводов может упасть на 30-40%.

Причём за последние два месяца зафиксирована необычная тенденция. В апреле-мае денежные переводы шли и в обратном направлении тоже, поскольку оставшиеся без средств существования, потерявшие работу люди запрашивали деньги из дома.

– Кыргызстан в период пандемии стал наращивать госдолг, а как с этим обстоит в Таджикистане?

– Пока рано говорить, насколько в этом году вырастит госдолг Таджикистана. Но в любом случае, думаю, рост будет существенным. В настоящее время приостановлено обслуживание госдолга, что само собой означает рост внешнего и внутреннего заимствования.

Получен ускоренный кредит от МВФ в размере $189,5 млн для борьбы с пандемией коронавируса. По имеющейся информации, есть определенные условия, на которые правительство РТ было вынуждено согласиться. Это пересмотр существующих тарифов на электроэнергию и коммунальные услуги. Страны, которые имеют большие финансовые резервы, решают возникающие вопросы за их счёт. А таким странам, как Кыргызстан и Таджикистан, придется решать проблемы за счёт населения.

Душанбе будет продолжать строительство Рогунской ГЭС, что также потребует немало финансовых средств. В настоящее время внешний государственный долг Таджикистана составляет $2,9 млрд. Это 35,8% ВВП. У страны золотовалютных резервов хватает лишь на то, чтобы покрыть разницу между импортом и экспортом примерно на полгода.

Однако обнадеживающим фактором является то, что все это время таджикская промышленность работала ритмично. Падение производства зафиксировано лишь в апреле, возможно, отрицательные показатели будут и в мае, но замедление темпов не будет существенным. Если учесть, что доля промышленности и энергетики составляет более 60% экономики страны, а сельскому хозяйству (сезон только начинается) нет особой угрозы, то это значительно облегчает ситуацию.

– То есть обвал денежных переводов не сильно скажется на экономике Таджикистана?

– Резкое сокращение объема денежных переводов скажется, естественно, на деятельности банков, внутренних инвестициях, на торможении экспортно-импортных процедур, что неизбежно повлечет за собой замедление темпов экономики, повышение цен на импортное продовольствие. Но и здесь есть один положительный момент: поскольку первый квартал у трудовых мигрантов обычно уходит на поиск работы, то объём переводов за первое полугодие существенно меньше, чем во втором.

Если РФ и Казахстан в июле вернутся к обычному ритму жизни, то сокращение переводов составит всего около 20%, что станет большим позитивом.

– Выходит жизненный уровень простого населения упадёт, но не очень сильно?

– Никто сегодня не сомневается в том, что в 2020 году в стране ощутимо упадёт жизненный уровень людей. Разумеется, в большей степени это падение будет связано именно с сокращением доходов граждан, где основное место занимают денежные переводы мигрантов.

Уже сейчас многие семьи начинают испытывать финансовые трудности, поскольку рассчитывали, что отправившиеся на заработки мужья, братья, сыновья начнут переводить деньги, вместо этого они вынуждены влезать в долги.

Из-за выпадения доходов многие в северном Таджикистане не смогут арендовать абрикосовые плантации у дехканско-фермерских хозяйств, чтобы оставшиеся на родине члены семьи могли заработать на сушке фруктов. Это тяжелая, но высокорентабельная сезонная работа ежегодно приносит крестьянам и мелким предпринимателям хорошие доходы, на которые можно прожить без особых забот несколько последующих месяцев. Для некоторых такой возможности теперь наверняка не будет.

Евгений Погребняк

Раздел "Авторы" является площадкой свободной журналистики и не модерируется редакцией. Пользователи самостоятельно загружают свои материалы на сайт. Мнение автора материала может не совпадать с позицией редакции. Редакция не отвечает за достоверность изложенных автором фактов.