Новости

Удержи язык свой от зла…

Неравнодушные заметки.

Пропал человек. Поехал на велосипеде за ягодами в болото и домой не вернулся. Его искали и с земли, и с воздуха. Велосипед нашли. Его – нет. Человека звать Рудольф. Правда, при крещении ему дали иное имя – Роман, в православных святцах имени Рудольф не было. Я так и звал его – Роман...

Мы познакомились в церкви. Мужчин на службе – особенно в сельских храмах – всегда мало, и не заметить друг друга было нельзя. Потом он стал прислуживать батюшке в алтаре.

Но сдружились, когда обустраивали храм в новом временном здании бывшего детского сада. Прежний храм, расположенный в некогда жилом доме, предстояло отстраивать заново. Мы демонтировали в нем все, что могло пригодиться на новом месте, перевозили иконы, утварь. Но и на новом месте все приходилось делать заново. Особенно трудно давался алтарь. Царские врата помог установить мой одноклассник, знакомый со строительством, а все остальное делал настоятель храма отец Андрей, а мы с Романом ему помогали.

С тех пор оказывали друг другу всяческие знаки уважения.

Это был невысокий, чуть сутулый, тихий, немного грустный человек, добросовестно исполнявший свое послушание алтарника. И сейчас, когда он пропал в болоте – а с того времени прошло более месяца, все кажется, что он еще с нами, где-нибудь хлопочет в алтаре или в уголочке храма отдыхает на стульчике.

Очень его не хватает.

Первое время то и дело доходили слухи. Будто кто-то в ближайшей деревне слышал из болота крики о помощи. Потом– будто бы Рудольф-Роман вышел сам где-то на Вологодчине. Слухов было немало. Ни один из них не подтвердился.

Зачем же один-то поехал в свои 80 лет в такое опасное болото, справедливо недоумевали люди. Мог и утонуть, и с сердечным приступом упасть, заблудиться, наконец, растеряться, а ночи холодные, да ведь и зверья окрест много.

И вдруг:

– Вот ходил-ходил в церковь, а сам в болоте утонул…

А Роман, кстати, как раз накануне своего злополучного похода исповедался и причастился.

– Молился-молился Богу, а самого, наверное, звери съели…

– В Бога верил, а Бог-то его не вывел…

Злоязычие – страшный грех. Неслучайно говорят: грязно не то, что в рот, а то, что изо рта. Откуда это в нас? Недостаток воспитания? Общий упадок нравственности? Прежде ведь все-таки больше было сочувствия, соучастия, сопереживания. Куда все девалось?

Я впервые близко столкнулся со злоязычием, когда беда случилась с предыдущим настоятелем храма Казанской Божией Матери в Сандове отцом Федором Лещенюком, когда жизнь его оборвал нелепый ружейный выстрел. Как только ни злословили в Инете люди, никогда его не знавшие. И что он будто бы с мафией связался, и что, дескать, решил пораньше к Богу на свидание прийти, и что вообще это какой-то неправильный поп.

«Какие страшные времена настали, – прочитав такое, написал в комментарии иерей Ростислав (место служения его, к сожалению, не указано). – Если когда Христос спрашивал иудеев, приведших к Нему на суд блудницу: «кто из вас без греха первый брось в неё камень», то никто не посмел этого сделать. В нынешнее время подобный вопрос даже страшно задать, камни похватают практически все…».

Удержи язык свой от зла, призывает нас Давид-псалмопевец. Но у некоторых языки так чешутся, что невмоготу. Нетерпимость, злоба, неприятие чужого мнения, вообще неприятие чего бы то ни было так и лезут из всех щелей. Страшно заходить в Интернет. Страшно общаться. Потому что стало легко нарваться на грубость, бесцеремонность, прямое оскорбление, ответить на которое невозможно.

Не судите, да не судимы будете. Ибо, каким судом судите, таким и вас будут судить. С другими же поступай так, как хотел бы, чтобы поступали с тобой.

Неужели эти евангельские заповеди никогда не коснутся ушей злоязычников?

Александр Калинин