Новости

Врачевание раскола по-фанарски: появилась ли у раскольников благодать

В попытках оправдать свое сослужение с украинскими раскольниками Константинополь не брезгует ни извращением фактов, ни откровенной ложью.

 

Самым необъяснимым в истории с созданием ПЦУ для Православного Мира был вопрос о том, как Фанар собирался решать очевидную проблему отсутствия у «иерархов» УПЦ КП и УАПЦ канонических хиротоний. Осенью и зимой 2018 года, когда стало понятно, что в Константинопольском патриархате решили дать автокефалию раскольническим структурам всерьез, звучали самые разные предположения по поводу того, как патриарх Варфоломей собирается обойти это препятствие. Звучали даже предположения, что иерархи Фанара весь «епископат» раскольников будут явно, или тайно перерукополагать. Однако никто не мог предположить, что патриарх Варфоломей этот вопрос просто проигнорирует, и спокойно объявит мирян в рясах епископами и священниками.

 

 

Результат такого высокомерного поведения Матери-Церкви привел к тому, что за 9 месяцев существования ПЦУ никто из Поместных Церквей эту структуру не признал, а многие из них скептически высказались именно по поводу отсутствия у членов ПЦУ канонических хиротоний. 

Такая не самая оптимистичная для Константинополя ситуация привела к тому, что на про-фанариотских ресурсах стали появляться публикации, в которых авторы пытаются создать реальность с «каноническими» хиротониями и у УПЦ КП, и у УАПЦ. Задача подобных статей понятна – посеять сомнения в Поместных Церквях и доказать правоту Фанара в легализации украинского раскола. 

Потому возникает необходимость еще раз поставить все точки над "i" и вспомнить необходимые факты из истории «иерархии» нынешней ПЦУ.

О каноничности «хиротоний», совершенных в расколе

Судя по решениям Константинополя по Филарету и Макарию, фанариоты считают, что хиротонии, совершенные законным епископом, ушедшим в раскол, действительны. Следуя такой логике, уход епископа в раскол совершенно не влияет ни на него, ни на Церковь. Он сам не теряет благодати священства, может совершать таинства и рукополагать своих сторонников в священники. Таким образом, раскол получает возможность стабильного роста, а если епископу-раскольнику удастся переманить к себе еще одного епископа, то вместе они смогут гарантировать расколу и перспективу длительного существования.

Если все это так и даже уход в раскол никак не влияет на законность и благодатность таинств, то у Церкви фактически никаких анти-раскольных аргументов не остается.

Но на самом деле двухтысячелетняя позиция Церкви в этом вопроса четка и определенна: раскол – это грех, который не смывается даже мученической кровью, а «таинства» раскольников – это хула на Духа Святого, и никакой благодатности у них нет. Чтобы не быть голословными, приведем конкретные цитаты святых отцов.

Игнатий Богоносец в послании к филадельфийцам пишет: «Не обольщайтесь, братья мои! Кто следует за вводящим раскол, тот не наследует Царствия Божьего».

Блаженный Августин уверен, что раскольники не находятся в ограде церковной: «Мы веруем во святую соборную Церковь. Однако еретики и раскольники также называют свои общины церквами. Но еретики, ложно мысля о Боге, искажают саму веру, а раскольники беззаконными разделениями отступают от братской любви, хотя верят в то же самое, что и мы. Поэтому ни еретики не принадлежат вселенской Церкви, которая любит Бога, ни раскольники не принадлежат к ней» («Беседы о Символе веры»).

Двухтысячелетняя позиция Церкви в этом вопроса четка и определенна: раскол – это грех, который не смывается даже мученической кровью, а «таинства» раскольников – это хула на Духа Святого.

Такая же позиция у святителя Киприана Карфагенского: «Если люди не хранят союза и самого искреннего общения с Церковью, даже предали бы себя смерти за исповедание имени Христова, грех их не омоется и самою кровью, неизгладимая и тяжкая вина разделения не очищается даже страданиями. Находящийся вне Церкви не может быть мучеником, оставляющий Церковь, которая будет царствовать, не может сподобиться царствования».

Вторит ему и святитель Ириней Лионский: «Надлежит следовать пресвитерам в Церкви тем, которые <...> имеют преемство от Апостолов и вместе с преемством епископства по благоволению Отца получили известное дарование истины, прочих же, которые уклоняются от первоначального преемства и где бы то ни было собираются, иметь в подозрении или как еретиков и лжеучителей, или как раскольников, гордых и самоугодников, или же как лицемеров, поступающих так ради корысти и тщеславия. Все эти отпали от истины» («Против ересей»).

Святитель Иоанн Златоуст в толковании на Послание к ефесянам сравнивает еретиков с раскольниками и пишет: «Производить разделения в Церкви не меньшее зло, как и впадать в ереси… грех раскола не смывается даже мученической кровью».

 

 

 

В другом месте тот же святитель говорит: «Если эти последние содержат противные нам догматы, то потому самому не должно с ними иметь общения; если же они мыслят одинаково с нами, то еще больше (должно избегать их). Почему так? Потому что это недуг любоначалия. Не знаете разве, что случилось с Кореем, Дафаном и Авироном? Не одни ли они потерпели? Не вместе ли с ними и их сообщники? Что говоришь ты? "У них та же самая вера, и они так же православны". Если так, отчего же они не с нами? Един Господь, едина вера, едино крещение. Если у них хорошо, то у нас худо, а если у нас хорошо, то у них худо. Скажи мне: ужели вы считаете достаточным то, что их называют православными, тогда как у них оскудела и погибла благодать рукоположения? Что же пользы во всем прочем, если у них не соблюдена эта последняя? Надобно одинаково стоять как за веру, так и за нее (благодать священства). А если всякому позволительно, по древней пословице, наполнять свои руки, быть священником, то пусть приступят все, и напрасно устроен этот жертвенник, напрасно – церковный чин, напрасно – лик иереев: ниспровергнем и уничтожим это».

Священномученик Иларион Троицкий в письме к Р. Гардинеру говорит, что «Церковь едина, и одна она только имеет всю полноту благодатных даров Святого Духа. Кто и каким бы образом ни отступал от Церкви – в ересь, в раскол, в самочинное сборище, он теряет причастие благодати Божией».

А святитель Игнатий Брянчанинов считает раскол смертным грехом. 

Даже этих цитат достаточно, чтобы понять: раскол – это духовная смерть, которая свидетельствует о полном отпадении человека от Церкви и, как следствие, потере им благодати. Считать в этом случае хиротонии раскольников законными – не только пагубное заблуждение, но и хула на Духа Святого. Поэтому как бы ни изгалялись всевозможные горе-эксперты и горе-богословы, факт остается фактом – в УАПЦ нет, не было и никогда не будет благодатного священства.

На Фанаре все это прекрасно понимают. Но вместо того, чтобы признать свою эпическую ошибку, пытаются оправдаться и для этого придумывают тезис, согласно которому благодать священства, даже после ухода в раскол, никуда не исчезает. Получается, вся «иерархия» УАПЦ и тем более УПЦ КП – действительна, а все запреты и анафемы, наложенные на главных представителей украинского раскола, – недействительны.

Абсурдность этих тезисов настолько очевидна, что, кажется, и говорить не о чем. Если бы не одно «но», а именно – размещение на неофициальном сайте Константинопольского патриархата «исследования», которое полностью посвящено этому вопросу. Поэтому мы просто вынуждены напомнить фанариотам о правилах и канонах, которыми Церковь руководствуется на протяжении многих веков, а также о позиции самого Константинопольского патриархата, которой он придерживался вплоть до 2018 года.

 

О «хиротонии» Макария Малетича

Фанариоты приняли Макария Малетича в общение с собой в «сущем сане», то есть в сане «митрополита», который он получил, как и «епископскую хиртонию», внутри УАПЦ. Для обоснования такого решения про-фанариотские авторы используют аргумент, который выглядит совершенно абсурдным. Согласно этому аргументу, «хиротонии, даже совершенные в расколе, но законным епископом, который в свою очередь получил законную хиротонию и имеет апостольское преемство, – настоящие, и таких клириков следует принимать в церковное общение в их сане. Важно, чтобы у них была апостольская преемственность».

О том, как Церковь относится к раскольническим «хиротониям» и к расколу вообще, скажем ниже. Здесь же приведем цитату из прекрасного исследования протоиерея Ростислава Яремы, который занимался изучением вопроса апостольской преемственности «хиротонии» Малетича. Согласно исследованию, «из трех раскольнических иерархов, "рукополагавших" Макария Малетича, один имел "преемство" от лишенного сана Филарета Денисенко, а двое других не имели иных "хиротоний", кроме "чекалинских"».

Таким образом, «хиротония» Малетича никакого, даже отдаленного, апостольского преемства не имела и иметь не могла. Следовательно, его можно было принять в Церковь лишь при одном условии – покаянии. Более того, учитывая его многолетнюю раскольническую деятельность, он мог войти в общение с Церковью в качестве даже не священника, которым он был до ухода в раскол, а в лучшем случае мирянина.

Никакие канонические или богословские аргументы не могут быть препятствием для Константинополя, если речь идет о решении своих меркантильных вопросов.

 

 

Об «апостольской преемственности» в УПЦ КП

Согласно фанариотам, «Не возникает сомнений в наличии апостольской преемственности епископата бывшего Киевского патриархата, ведь большинство из них посвящал бывший патриарх Филарет, который вышел из рядов РПЦ вместе с каноническим епископом Почаевским Яковом (Панчуком). Более того, согласно 1-му правилу святых апостолов, епископская хиротония считается действительной, если она совершена минимум двумя епископами. То есть, митрополита Филарета и епископа Якова в 90-х гг. было достаточно для того, чтобы осуществить хиротонии и передать апостольскую преемственность».

Но, как мы видели выше, то, что Филарет находился в расколе, уже говорит о полной несостоятельности любых священнодействий, совершенных им в то время. Более того, низложение Филарета, а позже и его отлучение от Церкви (анафема) признали все Поместные Православные Церкви, в том числе и Константинопольский патриархат.

И об этом есть соответствующие документы.

26 августа 1992 года патриарх Варфоломей отправил на имя Святейшего Патриарха Московского Алексия письмо (Протокол № 1203):

«В ответ на соответствующие телеграмму и письмо Вашего зело возлюбленного и досточтимого Блаженства по поводу возникшей в Вашей Святейшей Русской Церкви проблемы, которая привела ее Священный Синод по известным ему причинам к низложению до недавнего времени ведущего члена Синода митрополита Киевского г-на Филарета, мы желаем братски сообщить Вашей любви, что наша Святая Великая Христова Церковь, признавая полноту исключительной по этому вопросу компетенции Вашей Святейшей Русской Церкви, принимает синодально решенное о вышесказанном, не желая доставлять никакой трудности Вашей Сестре-Церкви.

Именно в этом духе мы посылали двух братьев, Высокопреосвященного митрополита Пергамского г-на Иоанна и Преосвященного епископа Скопельского г-на Всеволода, после имевшего место посещения нас упомянутым лишенным сана, чтобы непосредственно из первых рук уведомили нас о происшедшем и во избежание неправильного толкования в данном случае».

7 апреля 1997 года, уже после того, как на Филарета была наложена анафема, патриарх Варфоломей написал Патриарху Алексию второе письмо (Протокол № 282):

«Уделив должное внимание, на заседании нашего Святого и Священного Синода было зачитано письмо Вашего зело возлюбленного и досточтимого Блаженства от 6 марта с номером протокола 749, извещающее нашу Святейшую Церковь о каноническом решении вашего Священного Синода об анафематствовании Филарета (Михаила Денисенко) и Глеба Якунина, а также о низложении из священнического сана и возвращении в разряд мирян Валентина Русанцова, Адриана Старины и Иосафата Шибаева.

Получив уведомление об упомянутом решении, мы сообщили о нем иерархии нашего Вселенского Престола и просили ее впредь никакого церковного общения с упомянутыми лицами не иметь».

Священный Синод РПЦ низложил Филарета (Денисенко) 11 июня 1992 г. Низложенный Филарет прибег к процедуре апелляции, для чего сразу же лично посетил Фанар. Патриарх Варфоломей, изучая обращение, отправил в Москву своих представителей – митрополита Пергамского Иоанна (Зизиуласа) и епископа Скопельского Всеволода (Майданского), украинца по происхождению, чтобы они, как сказано в письме Патриарху Алексию, «непосредственно из первых рук уведомили нас (Константинопольский патриархат – Ред.) о происшедшем и во избежание неправильного толкования в данном случае».

Решение Фанара по обращению Филарета было отрицательным, с четким заявлением, что «наша Святая Великая Христова Церковь, признавая полноту исключительной <…> компетенции Вашей Святейшей Русской Церкви, принимает синодально решенное о вышесказанном, не желая доставлять никакой трудности Вашей Сестре-Церкви» (письмо от 1992 года).

Константинопольский патриархат отреагировал на дело о низложении Филарета с надлежащей серьезностью, соответствующей значимости вопроса, и с молниеносной скоростью, дабы не допустить пагубного для всех сторон промедления, и, главное, с абсолютной последовательностью в отношении своих многовековых традиций низложение признал. Более того, через 76 дней (11.06.1992 г.: низложение – 26.08.1992: патриаршее и Синодальное решение об отклонении прошения об обжаловании и признание низложения) Фанар с канонической точки зрения «закрыл дело».

Филарету, однако, все было нипочем: ни его низложение в Москве, ни отклонение апелляции и Константинопольским патриархатом, ни признание приговора всеми Православными Церквами. Он продолжал совершать тяжелейшие церковные преступления, провоцируя раскол и смуту в народе: будучи низложенным, совершил десятки хиротоний, создал раскольнический Синод, самоназвался патриархом, причащался с раскольниками других Церквей, наводнил своими алтарями Украину и не только и т.д.

В связи с этим вынесенное против него обвинительное решение Московского Патриархата от 1992 г. уже стало не подлежащим обжалованию в соответствии с 4-м правилом Антиохийского Собора, 22-м Апостольским правилом, 37-м правилом Карфагенского Собора (по «Пидалиону») – по причине десятилетиями продолжающегося антиканонического и провокационного поведения Филарета.

Филарету все было нипочем: ни его низложение в Москве, ни отклонение апелляции и Константинопольским патриархатом, ни признание приговора всеми Православными Церквами. Он продолжал совершать тяжелейшие церковные преступления, провоцируя раскол и смуту в народе.

Всеправославное церковное сознание (в том числе и Константинопольского патриархата до 2018 г.) признавало и признает, что Русская Православная Церковь совершенно законно низложила, а потом и анафематствовала Филарета Денисенко. Это означает, что все «хиронтонии», совершенные сначала раскольником, а потом и анафематствованным человеком по имени Михаил Денисенко, не имеют никакой канонической силы и хиротониями не являются.

Фанар поддерживал это положение до 2018 года, очень подробно вникал в дело Денисенко – отправлял комиссию, изучал материалы и принимал решение только после тщательного анализа всех аргументов сторон. Говорить после этого, что анафему на Филарета наложили не по догматическим причинам – не только противоречить самому себе, но и нагло врать.

* * *

Все попытки Фанара хоть как-то оправдать свое сослужение с раскольниками из ПЦУ не выдерживают малейшей критики. Ни с точки зрения канонов Церкви, ни с точки зрения святых отцов, ни с точки зрения исторической справедливости принять украинских раскольников в Церковь без их покаяния и в сущем сане попросту невозможно. 

Ни одна из раскольнических группировок Украины не имела и не имеет благодати Святого Духа. Это означает, что ни Крещения, ни Миропомазания, ни тем более Евхаристии и Священства у них быть не может.

Константинопольский патриархат своим решением о «легализации» членов раскольнических украинских группировок совершает очень опасный прецедент. Ведь в истории Православия было немало расколов и анафем, Получается, в любой момент любая анафема может быть снята как «политическая», а раскол и сопутствующая ему «иерархия» объявлена канонической. Что это, как не путь к канонической анархии? Потому действия Константинополя – это, по сути, каноническое преступление, за которое патриарх Варфоломея и весь фанарский Синод должен нести ответственность.

И еще очень важный момент. В действиях современной Константинопольской Церкви исключительно ярко прослеживается вовсе не забота о канонических нормах, а политическая целесообразность. Другими словами – то, что фанариотам выгодно объявляется законным, а то, что не выгодно – нет.

 

Загрузка...

 

Совсем свежий пример – конфликт вокруг Архиепископии Западноевропейских приходов, где 7 сентября 2019 года духовенство и миряне намерены провести общее совещание по определению ее дальнейшей судьбы (один из пунктов совещания – выход из под юрисдикции Константинопольского патриархата). Патриарх Варфоломей объявил собрание неправомочным, а по поводу православных, готовых бороться за каноническую автономию своей структуры, заметил«Мы объявим их вне Церкви».

Но на основании чего? Если Филарет, по логике Фанара, – канонический архиерей, почему тогда Архиепископия, действующая в соответствии со своим уставом, может оказаться вне Церкви? Фанар просто вынужден будет признать все таинства, которые будут совершать представители Архиепископии, иначе ему придется наступить на горло собственной песне.

Впрочем, они уже давно это сделали, и еще один раз ничего не изменит – из Вселенской столицы православного мира Константинопольский патриархат постепенно превращается в незначительную точку на карте Стамбула, которая практически уничтожена гордыней, жаждой власти и амбициями нескольких человек. И верующие всего мира с болью и горечью вынуждены наблюдать, как эти люди последовательно разрушают единство Православия.

Тарас Ребиков